Воннегут К.

«Балаган, или Конец одиночеству» – роман, который одни критики считают самым мрачным и безнадежным произведением Курта Вонне-гута, а другие – едва ли не самой оптимистической из его «поздних» работ, сам же автор лукаво именовал его не иначе, как «комедией положений». Фантастический, антиутопический сюжет о медленном умирании плане-ты, так и не сумевшей предотвратить чудовищных последствий техно-кратического прогресса, превращается под пером великого писателя в тонкую, не лишенную иронии философскую притчу о человеческом оди-ночестве и людском братстве, о понимании и толерантности и о том, что выход из кризисной ситуации найдется всегда – важно лишь уметь его найти…

Курт Воннегут по праву принадлежит к великим мастерам американской литературы XX века, писателям, без которых сам термин «современная американская литература» потерял бы смысл. Он родился в Иидианаполисе, штат Индиана, сейчас проживает в Нью-Йорке. Остроумные и парадоксальные мему­ары «Человек без страны», на написание которых Воннегута вдохновило сотрудничество с авангардным художником Джо Петро Третьим, заставят читателя позавидовать энергии и жиз­нерадостности 84-летнего писателя. Что есть Смерть: качественно иное состояние? Или мес­то? А может быть, она — не завершение всего, а уникальная воз­можность изменения? Б произведении «Храни Вас Бог, Доктор Кеворкян», построенном в форме эксцентричных беседе сэром Исааком Ньютоном, Адольфом Гитлером, Вильямом Шекспи­ром и другими властителями умов, Воннегут путешествует по туннелю в Рай в роли радиожурналиста, превращая смерть в при­ключение, полное неподражаемых, свойственных ему одному фантазии и юмора.

«Поздний» Воннегут — во всей безжалостной жестокости его острого таланта. Странная история Руди Вальца — скромного фармацевта и незадачливого драматурга, снова и снова ищущего ответа на два вопроса. Как случилось, что много лет назад он, совсем еще ребенок, совершил убийство? И почему именно он, до сих пор терзаемый чувством вины, оказался одним из немногих уцелевших во время катастрофы, которая унесла тысячи жизней? Чувство вины личной перетекает для него в чувство вины «глобальной», общечеловеческой. И девиз его — никого не любить, никому не верить, ни во что не вмешиваться — обретает совершенно новый, философский смысл…

Писатель Килгор Траут, запутавшийся во множественности реальных и воображаемых миров, предвкушает удовольствие от вру-чения литературной премии… В банкетном зале отеля Создатель обедает и доверительно бе-седует с самым необычным из своих творений… Миф становится фарсом, а трагедия – черной комедией… Таковы основные мотивы «Завтрака для чемпионов» – одного из самых талантливых и неоднозначных романов великого Курта Воннегута, совмещающего в себе черты антиутопии и сюрреализма, модернизма – и иронической фантастики, философской притчи – и даже вполне реалистической психологической прозы.

Один из самых забавных, остроумных и ироничных романов великого Воннегута. Бытовая фантасмагория в этом эксцентричном и едком произведении тесно переплетается с сатирой на быт и нравы Америки «золотого века» конца пятидесятых — начала шестидесятых годов прошлого века настолько тесно, что разделить их практически невозможно. Итак — добро пожаловать в фонд эксцентричного миллионера, который предается благотворительности и страсти к добровольным клубам содействия пожарникам. Он безумен? Это пытаются доказать бойкие юристы, нанятые его родственничками. Он здоров? Как ни странно, в этом уверены психиатры... Так что же все-таки происходит с почтенным мистером Розуотером?

«Галапагосы» — роман в некотором роде уникальный для «позднего» Курта Воннегута, поскольку именно в нем писатель, в совершенстве овладевший даром очаровывать и завораживать читателя тонкой и сверкающей иронией повествования, продолжает истории многих героев и «антигероев» своей «ранней» прозы — и делает это со зрелой мудростью настоящего мастера…

Один из самых забавных, остроумных и ироничных романов великого Воннегута. Бытовая фантасмагория в этом эксцентричном и едком произведении тесно переплетается с сатирой на быт и нравы Америки «золотого века» конца пятидесятых – начала шестидесятых годов прошлого века настолько тесно, что разделить их практически невозможно. Итак – добро пожаловать в фонд эксцентричного миллионера, который предается благотворительности и страсти к добро-вольным клубам содействия пожарникам. Он безумен? Это пытаются доказать бойкие юристы, нанятые его родственничками. Он здоров? Как ни странно, в этом уверены психиатры… Так что же все-таки происходит с почтенным мистером Розуотером?

«Времетрясение» — произведение, которое Курт Воннегут называет своим «романом-мемуарами», — стало, по словам писателя, его последней работой в жанре прозы, своеобразной кодой его карьеры. Роман словно бы подводит итог всего предыдущего творчества Воннегута, соединяя в себе все приметы его неподражаемого стиля — изысканность причудливого построения, точный, жесткий сарказм и редкостное, идеальное слияние содержания и формы.

Послушайте — когда-то, две жены тому назад, двести пятьдесят тысяч сигарет тому назад, три тысячи литров спиртного назад… Тогда, когда все были молоды… Послушайте — мир вращался, богатые изнывали от глупости и скуки, бедным оставалось одно — быть СВОБОДНЫМИ и УМНЫМИ. Правда была неправдоподобнее всякого вымысла. Женщины были злы и красивы, а мужчины — несчастны и полны глупых надежд. И крутилась, крутилась жизнь, запутывалась все сильнее — как дикая, странная игра под названием «КОЛЫБЕЛЬ ДЛЯ КОШКИ»…

Вы — в мире умных машин. В мире машин СЛИШКОМ умных, чтобы человек, владеющий ими, был счастлив. Вы — в «дивном новом мире» потребительской цивилизации, где «человек разумный» практически вынужден обратиться в «человека благополучного». Вы — в машинном раю, в коем выбор прост и жесток: смириться и утратить свою человеческую сущность или из последних сил рвануться, выломиться из электрического Эдема. Вы уверены, что СПОСОБНЫ ПОБЕДИТЬ? Уверены? А что вы станете делать ПОСЛЕ ПОБЕДЫ?..

«Времетрясение» — произведение, которое Курт Воннегут называет своим «романом-мемуарами», — стало, по словам писателя, его последней работой в жанре прозы, своеобразной кодой его карьеры. Роман словно бы подводит итог всего предыдущего творчества Воннегута, соединяя в себе все приметы его неподражаемого стиля — изысканность причудливого построения, точный, жесткий сарказм и редкостное, идеальное слияние содержания и формы.

В томе представлены лучшие произведения классика американской и мировой литературы ХХ века Курта Воннегута.

Если ваш мир несвободен по определению… Если ваша жизнь повинуется математическим расчетам… Если унижение стало нормой, а хруст костей под колесами государственной машины уже просто никто не слышит из-за его обыденности… А что такое это «если»? Антиутопия — или «общество процветания»? Каждый решает для себя, раб он — или свободный человек!

Роман, в котором великий Воннегут, с присущим только ему мрачным и озорным юмором, исследует внутренний мир... профессионального шпиона, размышляющего о собственном непосредственном участии в судьбах нации. Писатель и драматург Говард Кэмпбелл, завербованный американской разведкой, вынужден играть роль ярого нациста, — и получает массу удовольствия от своего жестокого и опасного маскарада. Он сознательно громоздит нелепость на нелепость, — но чем сюрреалистичнее и комичнее его нацистские «подвиги», тем больше ему доверяют, тем больше людей прислушиваются к его мнению. Однако войны кончаются миром — и Кэмпбеллу предстоит жить без возможности доказать свою непричастность к преступлениям нацизма...

Роман, в котором великий Воннегут, с присушим только ему мрачным и озорным юмором, исследует внутренний мир... профессионального шпиона, размышляющего о собственном непосредственном участии в судьбах нации. Писатель и драматург Говард Кэмпбелл, завербованный американской разведкой, вынужден играть роль ярого нациста, — и получает массу удовольствия от своего жестокого и опасного маскарада. Он сознательно громоздит нелепость на нелепость, — но чем сюрреалистичнее и комичнее его нацистские «подвиги», тем больше ему доверяют, тем больше людей прислушиваются к его мнению. Однако войны кончаются миром — и Кэмпбеллу предстоит жить без возможности доказать свою непричастность к преступлениям нацизма...

Один из самых злых и остроумных романов великого Курта Воннегута. Книга, в которой его сюрреалистический дар и его неподражаемо «черный» юмор выходят на принципиально новый уровень. Под острым, как скальпель хирурга, пером писателя оказывается вся вторая половина ХХ века, – и препарирует наше недавнее прошлое он без тени жалости и с неподдельным удовольствием. Трагедия Вьетнама. Традиции «золотых пятидесятых». Бури шестидесятых, усталость семидесятых, политкорректность восьмидесятых и депрессия девяностых… Для Воннегута, изощренно издевающегося над культурными, жанровыми и историческими штампами, нет ничего святого.

Один из самых причудливых и загадочных романов Курта Воннегута, в котором он обыгрывает не только «мифологию искусства» ХХ века, но и архетипы «военной прозы» и мотивы древнегреческой мифологии. Автобиография вымышленного художника Рабо Карабекяна, чья живописная карьера погибла однажды из-за некачественной краски, и таинственной Цирцеи Берман, пытающейся изменить не только его жизнь, но и взгляды на искусство и свое в нем место, служит лишь обрамлением для притчи, по-новому трактующей известный сюжет Творца, его Музы и поисков Вдохновения…

Один из самых причудливых и загадочных романов Курта Воннегута, в котором он обыгрывает не только «мифологию искусства» ХХ века, но и архетипы «военной прозы» и мотивы древнегреческой мифологии. Автобиография вымышленного художника Рабо Карабекяна, чья живописная карьера погибла однажды из-за некачественной краски, и таинственной Цирцеи Берман, пытающейся изменить не только его жизнь, но и взгляды на искусство и свое в нем место, служит лишь обрамлением для притчи, по-новому трактующей известный сюжет Творца, его Музы и поисков Вдохновения…

Роман, в котором великий Воннегут, с присущим только ему мрачным и озорным юмором, исследует внутренний мир… профессионального шпиона, размышляющего о собственном непосредственном участии в судьбах нации. Писатель и драматург Говард Кэмпбелл, завербованный американской разведкой, вынужден играть роль ярого нациста, – и получает массу удовольствия от своего жестокого и опасного маскарада. Он сознательно громоздит нелепость на нелепость, – но чем сюрреалистичнее и комичнее его нацистские «подвиги», тем больше ему дове-ряют, тем больше людей прислушиваются к его мнению. Однако войны кончаются миром – и Кэмпбеллу предстоит жить без возможности доказать свою непричастность к преступлениям нацизма…

Один из самых злых и остроумных романов великого Курта Воннегута. Книга, в которой его сюрреалистический дар и его неподражаемо «черный» юмор выходят на принципиально новый уровень. Под острым, как скальпель хирурга, пером писателя оказывается вся вторая половина XX века, — и препарирует наше недавнее прошлое он без тени жалости и с неподдельным удовольствием. Трагедия Вьетнама. Традиции «золотых пятидесятых». Бури шестидесятых, усталость семидесятых, политкорректность восьмидесятых и депрессия девяностых... Для Воннегута, изощренно издевающегося над культурными, жанровыми и историческими штампами, нет ничего святого.

Автобиография вымышленного художника Рабо Карабе-кяна, чья живописная карьера погибла однажды из-за нека-чественной краски, и таинственной Цирцеи Берман, пытаю-щейся изменить не только его жизнь, но и взгляды на искус-ство и свое в нем место, служит лишь обрамлением для прит-чи, по-новому трактующей известный сюжет Творца, его Музы и поисков Вдохновения…

Писатель Килгор Траут, запутавшийся во множественности реальных и воображаемых миров, предвкушает удовольствие от вручения литературной премии... В банкетном зале отеля Создатель обедает и доверительно беседует с самым необычным из своих творений... Миф становится фарсом, а трагедия — черной комедией... Таковы основные мотивы «Завтрака для чемпионов» — одного из самых талантливых и неоднозначных романов великого Курта Воннегута, совмещающего в себе черты антиутопии и сюрреализма, модернизма — и иронической фантастики, философской притчи — и даже вполне реалистической психологической прозы.

Если ваш мир несвободен по определению… Если ваша жизнь повинуется математическим расчетам… Если унижение стало нормой, а хруст костей под колесами государственной машины уже просто никто не слышит из-за его обыденности… А что такое это «если»? Антиутопия — или «общество процветания»? Каждый решает для себя, раб он — или свободный человек!

«Поздний» Воннегут — во всей безжалостной жестокости его острого таланта. Странная история Руди Вальца — скромного фармацевта и незадачливого драматурга, снова и снова ищущего ответа на два вопроса. Как случилось, что много лет назад он, совсем еще ребенок, совершил убийство? И почему именно он, до сих пор терзаемый чувством вины, оказался одним из немногих уцелевших во время катастрофы, которая унесла тысячи жизней? Чувство вины личной перетекает для него в чувство вины «глобальной», общечеловеческой. И девиз его — никого не любить, никому не верить, ни во что не вмешиваться — обретает совершенно новый, философский смысл…