Дневники. Письма. Записки

В новый сборник известного поэта Эдуарда Аркадьевича Асадова «Когда стихи улыбаются» вошли не только самые известные его стихи, но и авторский дневник, который Э. Асадов вел много лет. И, с присущим ему юмором, назвал «мыслями на конце пера».

Письма Винсента Ван Гога к его брату Тео — это поразительный человеческий документ, свидетельствующий не только о трагическом пути художника и его незаурядной литературной одаренности, но и о том, какая огромная работа, какое духовное содержание стоят за каждой картиной этого не признанного при жизни гения.

В этой книге есть самые нежные и трогательные признания, клятвы в вечной любви и циничные, саркастические высказывания разочарованных влюбленных о женщинах и мужчинах, а авторы писем — самые светлые умы XVIII — XIX столетий и их возлюбленные. В основу издания положена книга, выпущенная в 1913 году с оригинальным предисловием Федора Сологуба.

Это – не «любовный роман», а роман о любви. О любви обычных мужчины и женщины – таких, как мы… Почему же эта книга стала абсолютным бестселлером во всем мире? Почему она трогает душу читателей самого разного возраста и интеллектуального уровня? Как Николасу Спарксу удалось повторить сенсационный успех «Истории любви» и «Неспящих в Сиэтле»? Почему фильм, снятый по роману «Дневник памяти», имел огромный успех во всем мире? Объяснить это невозможно. Прочитайте «Дневник памяти» – и поймете сами!

Книга состоит из писем Давида Зильбермана к родным, в Одессу, и не является воспоминаниями сестры Давида Зильбермана как таковыми. Письма принадлежат двум периодам его жизни: письма из Ашхабада (во время трех лет работы синоптиком по назначению после окончания Гидрометеорологического института) и письма из Америки (после эмиграции из СССР). Автору принадлежат комментарии к письмам, собственные соображения, вызванные попыткой проследить путь становления Зильбермана как оригинального мыслителя, ставшего знаменитым на Западе исследователем индийской философии и логики, социальной антро­пологии и культурных традиций.

Двадцать пять лет Валерий Хотног был с КВНом, жил в нем и с ним, отдавая всего себя этому уникальному явлению. Все эти годы он вел личные дневники и ежедневники, которые и стали основой этой книги.

В этот том вошли многие стихотворения Александра Блока из составленного им «романа в стихах», пронзительные стихотворения о России, поэмы «Возмездие» и «Двенадцать», пьесы, проза разных жанров. Личность Александра Блока, его судьба в неразрывности жизни и литературы — вот объединяющая идея книги. Представлены также фрагменты его дневников и записных книжек, избранные письма, воспоминания современников о Блоке. Печатаются все произведения поэта, включенные в основные российские школьные программы по литературе.

В эту книгу вошли избранные записи из дневника Евгения Гришковца с того момента как дневник возник, то есть с 2007 года и по 2014. Записки разные по жанру — личные записи, эссеистика, очерки. О гастролях, о доме, друзьях, семье, путешествиях. Рассуждения о кино и впечатления от кино, от Миядзаки до Ким Ки Дука или от Шерлока Холмса до «Москва слезам не верит». Дневник со съёмок фильма. Дневник полярной экспедиции. Семь совершенно недавних лет, с событиями, которые, кажется, произошли буквально вчера или с теми, что, кажется, уже совсем и в прошлом веке. И много надежды.

Это собрание писем Франца Кафки к невесте, отношения с которой складывались далеко не просто — впрочем, многое ли вообще было просто в жизни одного из самых ярких писателей Европы? Каждое из этих эпистолярных произведений — документ предельной психологической обнаженности. Читателю предстоит познакомиться с совершенно иным Францем Кафкой — не с «темным гением», а с ранимым, неуверенным в себе молодым человеком, способным и на страстное чувство, и на глубочайший его анализ...

«Пишу на своем чердаке» – пронзительные дневниковые записи М.И. Цветаевой, написанные в один из самых тяжелых периодов русской истории – голодные, разрушительные послереволюционные годы. Сергей Эфрон, муж поэтессы, служит в добровольческом отряде белой гвардии. Марина Цветаева и дочь Ариадна, две поэтические души, живут в Москве в условиях, при которых другие гибнут, в полной отрешенности от действительности. Вспоминая, какой была Цветаева в то время, Константин Бальмонт пишет: «В голодные годы Марина, если у нее было шесть картофелин, одну оставляла мне». Чуткая, гордая, чувствительная Марина Ивановна стремилась вместить в себя все человеческие души, все голоса, с которыми она соприкасалась, не замечая ту бурю быта, которая смела столько человеческих жизней.

«В читателях моих писем я представляю себе друзей. Письма к друзьям позволяют мне писать просто. Сперва я пишу о цели и смысле жизни, о красоте поведения, а потом перехожу к красоте окружающего нас мира, к красоте, открывающейся нам в произведениях искусства. Я делаю это потому, что для восприятия красоты окружающего человек сам должен быть душевно красив, глубок, стоять на правильных жизненных позициях. Попробуйте держать бинокль в дрожащих руках – ничего не увидите» (Д.С. Лихачев).

1947 году в Москве должна была выйти из печати “Черная книга” — уникальный сборник документов и рассказов о Холокосте, подготовленный известнейшими советскими литераторами и журналистами (Маргаритой Алигер, Вениамином Кавериным, Рувимом Фраерманом, Виктором Шкловским и другими) под руководством Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга. Однако этого не случилось: по политическим причинам публикация была запрещена, набор “Черной книги” рассыпан, гранки и рукопись изъяты, а многие из тех, кто работал над книгой, репрессированы. Настоящее издание включает воспоминания, письма и дневники, собранные в 40-х годах редакторами “Черной книги” и по разным причинам не включенные в ее окончательный текст либо использованные частично.

Имена Мартина Хайдеггера и Ханны Арендт не нуждаются в пояснениях, они давно вошли в пантеон мировой философской мысли. Тем интереснее биографическая подробность, связавшая этих двух людей. Их отношения вышли за пределы контактов учителя и ученика (X. Арендт была студенткой М. Хайдеггера в Марбургском университете). Роман, длившийся 4 года (с 1925 года), перерос в дружбу, выдержавшую огромный временной перерыв (до 1950 года). Ханна Арендт сохранила до конца жизни теплые дружеские чувства к философу и приложила все свои силы, всю свою энергию, чтобы имя Мартина Хайдеггера очистилось от обвинений в пособничестве нацизму. Переписка двух выдающихся мыслителей стала доступной для читающей аудитории в 1998 году, когда было опубликовано первое издание сборника писем, подготовленного немецкой исследовательницей Урсулой Лудзь. Перевод осуществлен по третьему изданию 2002 года.

Перед вами уникальное издание – лучший медицинский роман XX века, написанные задолго до появления интереса к медицинским сериалам и книгам. Это реальный дневник хирурга, в котором правда все – от первого до последнего слова. Повествование начинается с блокадного Ленинграда, где Федор Углов и начал работать в больнице. Захватывающее описание операций, сложных случаев, загадочных диагнозов – все это преподносится как триллер с элементами детектива. Оторваться от историй из практики знаменитого хирурга невозможно. Закрученный сюжет, мастерство в построении фабулы, кульминации и развязки – это действительно классика, рядом с которой многие современнее бестселлеры в этом жанре – жалкая беспомощная пародия.

Гусарского поручика Ржевского по делам службы вызывают в столицу. Он покидает свой эскадрон, расквартированный в Конотопе, и садится в бричку. Перед ним Русь: дураки, дороги, постоялые дворы, бойкие трактирщицы, сладострастные помещицы, кутежи с чиновниками, драки с купцами… Как всякий путешественник, Ржевский ведет дневник – и из него становится ясным, что не такой уж поручик каналья, беспринципный бабник и пропойца! Нет, конечно, он такой и есть – но ещё поручик Ржевский философ, естествоиспытатель и неутомимый искатель вечной любви.

«…От высшей гармонии совершенно отказываюсь. Не стоит она слезинки хотя бы одного только того замученного ребенка, который бил себя кулачонком в грудь и молился в зловонной конуре неискупленными слезами своими к боженьке». Данная цитата, принадлежащая герою романа «Братья Карамазовы», возможно, краеугольная мысль творчества Ф.М. Достоевского — писателя, стремившегося в своем творчестве решить вечные вопросы бытия: «Меня зовут психологом: неправда, я лишь реалист в высшем смысле, т.е. изображаю все глубины души человеческой». В книгу «Слезинка ребенка» вошли автобиографическая проза, исторические размышления и литературная критика, написанная в 1873, 1876 гг. Публикуемые дневниковые записи до сих пор заставляют все новых и новых читателей усиленно думать, вникать в суть вещей, постигая, тем самым, духовность всего сущего. Федор Михайлович Достоевский – великий художник-мыслитель, веривший в торжество «живой» человеческой души над внешним насилием и внутренним падением. Созданные им романы «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Братья Карамазовы» по сей день будоражат сознание читателей, поражая своей глубиной и проникновенностью.

Автор этой книги — пожалуй, самый ироничный питерский колумнист, обозреватель журнала «Город 812», дважды обладатель премии «Золотое перо», журналист, «которого редакторы все время просят о чем-то написать». И он пишет — о политике, образовании, спорте, ЖКХ, балете и русском хамстве, которое, по мнению атвора, есть национальная гордость наряду с балетом. Издатели этой книги тоже попросили «о чем-нибудь» написать — и получились «Записки купчинского гопника». «Из всех спальных районов Купчино — самый спальный. Из всех многоэтажек наши — самые однотипные. И только средние школы у нас не самые средние, а самые худшие. У нас чаще всего лопаются трубы и трескается асфальт. К нам реже всего приезжает начальство и чаще всего — гастарбайтеры. Нам быстрее доехать до Царскосельского лицея, чем до Эрмитажа. Но мы в лицей не ездим. Равно как и в Эрмитаж. А вообще-то у нас живет математик Перельман. Но его все равно никто никогда не видел.»

Анна Франк родилась в 1929 году. Она умерла в концлагере, когда ей было 15 лет. Ее дневник, который она вела в Амстердаме, прячась с семьей от нацистов, стал известен всему миру. В этом издании публикуется полный текст дневника, одобренный Фондом Анны Франк в Базеле.

«Живу до тошноты» — дневниковая проза Марины Цветаевой — поэта, чей взор на протяжении всей жизни был устремлен «вглубь», а не «вовне»: «У меня вообще атрофия настоящего, не только не живу, никогда в нем и не бываю». Вместив в себя множество человеческих голосов и судеб, Марина Цветаева явилась уникальным глашатаем «живой» человеческой души. Перед Вами дневниковые записи и заметки человека, который не терпел пошлости и сделок с совестью и отдавался жизни и порождаемым ею чувствам без остатка: «В моих чувствах, как в детских, нет степеней». Марина Ивановна Цветаева — великая русская поэтесса, чья чуткость и проницательность нашли свое выражение в невероятной интонационно-ритмической экспрессивности. Проза поэта написана с неподдельной искренностью, объяснение которой Иосиф Бродский находил в духовной мощи, обретенной путем претерпеваний: «Цветаева, действительно, самый искренний русский поэт, но искренность эта, прежде всего, есть искренность звука — как когда кричат от боли».

Второй том дневников «Семьдесят минуло» Эрнста Юнгера (1895-1998) охватывает период жизни писателя с 1971 по 1980 годы. Круг его путешествий сужается до стран Магриба (Тунис и Марокко), где он собирает впечатления для написания романа «Эвмесвиль», редких поездок в Африку и Шри-Ланку, а также в Грецию, Турцию и на Сицилию. Зато расширяются воображаемые путешествия Юнгера в глубь его собственной, насыщенной невероятными приключениями и испытаниями жизни.

Эпистолярное наследие Елены Ивановны Рерих занимает особое место в её обширном литературном творчестве. Она вела переписку с более чем 140 корреспондентами. География писем охватывает несколько континентов — Северную и Южную Америки, Европу, Азию. Среди ее корреспондентов — друзья, ученики, сотрудники, представители многочисленных групп и кружков её последователей, а также известные деятели культуры, науки, политические лидеры. В письмах Е.И. Рерих дает ответы на многочисленные вопросы, разъясняет самые сложные философские и научные проблемы, основы Живой Этики. Она пишет о великих Космических Законах, о смысле человеческого существования, о значении культуры в эволюции человечества, о Великих Учителях. В первый том вошли письма в Америку и Европу, написанные в 1929-1935 годах.

Ольга Берггольц (1910 — 1975) — тонкий лирик, поэт гражданского темперамента, широко известная знаменитыми стихотворениями, созданными ею в блокадном Ленинграде. Ранние стихотворения проникнуты светлым жизнеутверждающим началом, искренностью, любовью к жизни. В годы репрессий, в конце 30-х годов, оказалась по ложному обвинению в тюрьме. Этот страшный период отражен в тюремных стихотворениях, вошедших в этот сборник. Невероятная поэтическая сила О. Берггольц проявилась в период тяжелейших испытаний, выпавших на долю народа, страны — во время Великой Отечественной войны. В книгу включены знаменитые стихотворения поэта, в том числе и «Ленинградский дневник», а также дневниковые записи «Дневные звезды».

Завершающий, двенадцатый том ненумерованного Собрания сочинений Лидии Корнеевны Чуковской (1907—1996), подготовленного ее дочерью Еленой Цезаревной Чуковской (1931—2015). Верстку этой книги Елена Цезаревна успела прочесть в больнице за несколько дней до своей кончины. Лидия Чуковская вела подробные дневники с 1938 по 1995 год. На основе этих дневников были составлены ее трехтомные «Записки об Анне Ахматовой» и том «Из дневника. Воспоминания», вошедшие в Собрание сочинений. Для настоящей книги отобраны записи о литературных и общественных событиях, впечатления о прочитанных книгах, портреты современников и мысли автора о предназначении литературного творчества и собственного дневника.

Перед вами уникальная книга, составленная из четырех блоков: дневники, повести и стихи, связанные общим временем и местом действия. Многие детали дневников находят осмысление в повестях, многие стихи оттеняют или выявляют подоплеку описанных в прозе событий. Пятый блок, «Сталин и война», подводит итог многолетним размышлениям К.М. Симонова о Сталине и его роли в огромном механизме великой войны.