Новое литературное обозрение (НЛО)

Эту книгу давний автор издательства «НЛО», литератор и журналист Андрей Шарый написал вместе со своей старшей сестрой, московским филологом Ольгой Подколзиной. У такого соавторства есть причины: детьми Ольга и Андрей переехали в Москву с Дальнего Востока, а когда выросли, вместе побывали во многих европейских городах, по разным параметрам сравнимых с российской столицей. Стремясь постичь скрытое устройство жизни современного мегаполиса, в сборнике ироничных очерков авторы проводят иногда рискованные, но всегда интересные параллели между Москвой и другими столицами Старого Света — Римом и Киевом, Берлином и Стамбулом, Парижем и Будапештом, Белградом и Прагой. Нужно ли в мире XXI века выстраивать новую систему культурологических координат или она раз и навсегда определена общественным опытом? «Московский глобус» — развитие книжного проекта, открытого «НЛО» в 2011 году сборником эссе Андрея Шарого «Петербургский глобус».

В настоящем издании публикуется основная часть сохранившейся редакционной переписки «Современных записок», важнейшего литературно-общественного журнала русской эмиграции первой волны. В числе корреспондентов журнала, представленных в третьем томе, — В.В. Вейдле, Б.П. Вышеславцев, Г.И. Газданов, С.И. Гессен, З.Н. Гиппиус и Д.С. Мережковский, О.О. Грузенберг, Дон-Аминадо, Б.К. Зайцев, В.М. Зензинов, В.В. Зеньковский, Л.Ф. Зуров, М.Д. Иванников, В.И. Иванов.

Интенсивные, хотя и кратковременные занятия Пастернака музыкой и затем философией, предшествовавшие его вхождению в литературу, рассматриваются в книге как определяющие координаты духовного мира поэта, на пересечении которых возникло его творчество. Его третьим, столь же универсально важным измерением признается приверженность Пастернака к «быту», то есть к непосредственно данной, неопосредованной и неотфильтрованной сознанием действительности. Воссоздание облика этой «первичной» действительности становится для Пастернака кардинальной философской и этической задачей, достижимой лишь средствами поэзии, и лишь на основании глубинного трансцендентного «ритма», воплощение которого являет в себе музыка. Подход к творчеству Пастернака с точки зрения его духовных оснований позволяет выявить сложное философское содержание в том, что на поверхности выглядит простым или даже банальным, а с другой стороны, обнаружить головокружительную простоту неопосредованного впечатления в кубистической затрудненности образов его ранней лирики и прозы.

Книга Веры Тольц посвящена деятельности российских востоковедов, которые на рубеже XIX-XX веков выступили с критикой преобладавших в то время подходов к изучению культур Востока. Выводы этих ученых предвосхитили постколониальный подход, ставший особенно влиятельным в западной науке начиная с конца 1970-х годов. В тот период ряд политических, социальных и культурных факторов создали в России условия для необычайно интенсивного диалога между петербургскими востоковедами и представителями меньшинств восточных и южных окраин Российской империи. Именно в процессе этого диалога были предложены проекты по интеграции меньшинств, оказавшие влияние на политические процессы в России как в преддверии революций 1917 года, так и в первое постреволюционное десятилетие.

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891-1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля. В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками... Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910-1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

»Чеслав Милош — мое магнитное поле». Эти слова принадлежат Иосифу Бродскому. Что же связывало двух выдающихся поэтов? Ответ пробует найти профессор Принстонского университета литературовед Ирена Грудзинская-Гросс. Главная тема ее книги — дружба между Милошем и Бродским, показанная сквозь призму их биографии, видения истории, представления о языке и империи. История отношений между «покровителями всех писателей-эмигрантов второй половины XX столетия» приближает нас к пониманию их творчества и делает «более ясной эпоху, в которой нам дано было быть сопричастными их творчеству».

Николай Александрович Милютин — существенная фигура в истории отечественной архитектуры. В конце 1920-х-начале 1930-х годов он принимал самое активное участие в архитектурной политике, занимаясь проектированием общедоступного жилья и теорией соцрасселения; был сторонником конструктивизма и противником декларативно насаждаемой эклектики «сталинского стиля»; его книга «Соцгород» сделала ему имя на Западе. В книге Дмитрия Хмельницкого деятельность Милютина рассматривается на широком фоне и в самых разнообразных контекстах; значительный массив архивных материалов впервые вводится здесь в научный оборот. Книга дополнена воспоминаниями о Милютине, написанными его дочерью, Екатериной Милютиной-Рапопорт.

Ольга Комарова (1963-1995) — автор из круга московско-ленинградского андеграунда второй половины 80-х годов прошлого века. Печаталась в самиздатском «Митином журнале», рижском журнале «Третья модернизация» и других коллективных проектах. В 1999 году в издательстве «Колонна» вышел тиражом 250 экземпляров сборник ее рассказов «Херцбрудер». В прозе Комаровой ранний российский постмодернизм ведет тяжелую позиционную борьбу с православным юродствующим феминизмом. В начале 1990-х Комарова обратилась в радикальное православие и запретила издавать свои тексты после смерти, а значительную часть написанного уничтожила. В конце жизни работала медсестрой в Первой градской больнице. Погибла в 1995 году в автокатастрофе.

В сборнике представлены статьи участников XVIII международного симпозиума «Пути России. Историзация социального опыта», проходившего 4-5 февраля 2011 года. Авторы — историки, философы, социологи, экономисты, культурологи — осмысливают преобразования в России последних двадцати лет и шире — всего последнего столетия. По словам составителей, «историзация прошлого... заключается в его сохранении как некоего уникального и неповторимого опыта, не столько «преподающего уроки», сколько вызывающего любопытство. Отдельными задачами здесь также могут стать определение социальных рамок памяти и деконструкция исторических мифов». В круг обсуждаемых проблем входят политика, культура, стиль жизни, образование и другие важные сферы российской действительности.

Игорь Булатовский родился в 1971 году в Ленинграде, окончил исторический факультет Российского государственного педагогического университета имени Герцена. Автор пяти книг стихов, литературно-критических эссе, переводов с французского (Поль Верлен), немецкого, идиша; кроме того, он подготовил к изданию две книги Василия Комаровского. Свойственные петербургской традиции формальная отточенность и метафизическая глубина парадоксально сочетаются у Булатовского с пристальным вниманием к конкретистскому опыту «голого слова». Лауреат премии Губерта Бурды для молодых поэтов Восточной Европы (2005).

Дмитрий Голынко родился в Ленинграде в 1969 году. Поэт, литературный и художественный критик, эссеист. Автор четырех поэтических книг, многочисленных подборок в журналах и антологиях, а также более сотни теоретических статей, опубликованных как в российских, так и зарубежных журналах. Удостоен ряда литературных стипендий (в том числе стипендии американского фонда СЕС ArtsLink, немецкой программы Berliner Kunstler-programm des DAAD и австрийской организации KulturKontakt Austria). В настоящее время занимается исследованием проблем этики и биополитики в современном искусстве. Работает в Российском институте истории искусств. Живет в Санкт-Петербурге. В новой книге собраны сериальные стихотворные циклы, создававшиеся на протяжении 2000-х годов под знаком того, что сам поэт называет «прикладной социальной поэзией». Это своего рода диагностическая процедура, применяемая к современной социокультурной и политической реальности. Подобно многим медицинским процедурам, она не безболезненна, но благодаря ей можно расслышать внутренние — тревожные и подчас мучительные — голоса эпохи.

Книга представляет собой собрание эссе и статей о русской поэзии XX века. В первой ее части речь идет как о классиках русской поэзии (Анна Ахматова, Осип Мандельштам, Бен. Лившиц), так и об авторах чрезвычайно значительных, но до последнего времени малоизученных. О некоторых из них (Геннадий Гор, Павел Зальцман) автор написал первым, о других (Андрей Николев или Алик Ривин) — одним из первых. В этот ряд органично встроены большие поэты 1960-1980 годов — Иосиф Бродский, Леонид Аронзон, Олег Григорьев, Сергей Вольф, Елена Шварц, Александр Миронов. Вторая часть посвящена актуальным проблемам послевоенной истории русской поэзии. Собранные вместе, статьи разворачивают систему историко-литературных и историко-культурных представлений автора, стержнем которых является мысль о постоянном взаимодействии и взаимоотталкивании двух культур в русской культуре XX века. Олег Юрьев (р. 1959, Ленинград) — поэт, прозаик, переводчик, автор многих книг стихов и прозы. С 1991 года живет в Германии.

В сборнике представлены переводы опубликованных ранее (в 1969-2008 гг.) и неопубликованных статей Дэвида М. Гриффитса — одного из лучших знатоков истории России XVIII века. Автор воссоздает круг идей эпохи Екатерины II, анализирует мировоззрение императрицы и изменение ее взглядов во времени. Благодаря этому Гриффитсу удается проникнуть в реформаторские замыслы Екатерины II, понять ее социальную политику и внешнеполитические проекты. Написанные ясно и увлекательно, статьи Гриффитса привлекут внимание не только специалистов, но и всех, кто интересуется историей XVIII века.

Андрей Бильжо — по первой профессии врач-психиатр, кандидат медицинских наук, а потом художник, карикатурист, автор многих текстов и сериалов мультфильмов, а также книг, где тексты и рисунки принадлежат его перу. «Моя Венеция» — первая книга за последние два десятилетия, написанная россиянином, периодически живущим в этом великом и загадочном городе. Каждую главу этой книги автор писал в каком-нибудь нравящемся ему едально-питейном заведении. Здесь он размышляет об итальянской еде, Венеции и жизни в целом. Для кого-то эта книга может быть путеводителем по точкам общепита Венеции, для кого-то — по культурным достопримечательностям этого места, которое невозможно постигнуть до конца, а для кого-то, не исключено, — путеводителем по уголкам и закоулкам жизни.

Джамбул — имя казахского певца-импровизатора (акына), ставшее одним из наиболее знаковых имен советской культуры конца 1930-х — начала 1950-х годов. При жизни Джамбула его сравнивали с Гомером и Руставели, Пушкиным и Шевченко, учили в школе и изучали в институтах, ему посвящали стихи и восторженные панегирики, вручались правительственные награды и ставились памятники. Между тем сам Джамбул, певший по-казахски и едва понимавший по-русски, даже если бы хотел, едва ли мог оценить те переводные — русскоязычные — тексты, которые публиковались под его именем и обеспечивали его всесоюзную славу. Но каковы причины этой славы? И кто был носителем этой славы — подлинный или мнимый «Джамбул»? Настоящий сборник статей, составленный отечественными и западными учеными, задумывался как опыт посильного приближения к ответу на эти вопросы. Пользуясь современными интернет- и киноаналогиями, можно сказать, что речь в данном случае идет об аватаре Джамбула — о том образе, который создавался и предъявлялся советской идеологией к его русскоязычной адаптации.

В исследовании американского историка Роберта Джераси Казань и тяготевший к ней обширный Поволжско-Уральский край предстают окном Российской империи на Восток, фокусом одновременно и притяжения, и отталкивания между русским большинством и различными нерусскими меньшинствами. Разносторонне анализируя деятельность целой галереи персонажей — чиновников, крестьян, священников, мулл, ученых, студентов, педагогов, публицистов, юристов, — автор показывает, как в ходе предпринимавшихся в XIX — начале XX в. попыток обрусить татар, подорвать влияние ислама, удержать в православии «крещеных инородцев» русские меняли представления о самих себе, о своей нации и культуре. Власть и идеология, этничность и религия, наука и образование — таковы те контексты, в которых Джераси новаторски трактует проблему жизнеспособности имперского строя и его совместимости с русским национализмом.

В книге Жоржа Вигарелло, профессора Университета Париж V, автора многих работ о репрезентации и культурной истории тела, прослеживается изменение концепции телесной красоты в Европе — от Ренессанса до наших дней. Какое тело считалось красивым, а какое безобразным? Какие средства по уходу за телом ценились в разные эпохи? Как повлияли на представление о красоте поп-культура и пропаганда здорового образа жизни? Насколько прочен идеал, в погоне за которым иногда ломаются судьбы? На материале изобразительного искусства, литературы, медицинских и эстетических трактатов, прессы, кинематографа и рекламы Жорж Вигарелло выстраивает увлекательный экскурс, позволяющий ответить на эти вопросы.

Автобиографическое повествование художника Александра Путова (1940-2008) охватывает все три периода его жизни: советский (1940-1973), израильский (1973-1986) и французский (1986-2008). Послевоенное детство и школьные годы в Западной Сибири и Подмосковье, московская нонконформистская среда 1960-х — начала 70-х годов, Хайфа и Иерусалим, скват русских художников в Париже, движение «Art Cloche», дружба с М. Шварцманом, Л. Губановым, А. Хвостенко описаны с исповедальной искренностью к живописной выпуклостью, не отменяющей фактической точности. Возвышенные медитации о божественном смысле искусства соседствуют с размышлениями, подчас горестными, на темы «художник и деньга», «гений и общество». Книга щедро иллюстрирована фотографиями, предоставленными семьей и друзьями автора, а также репродукциями работ Путова.

В этом номере: — Политическая теория и практики деполитизации; — «Есть такая партия...»; — Травматический опыт и способы работы с прошлым.

Дорогие читатели, перед вами 27-й выпуск журнала «Теория моды: одежда, тело, культура». Раздел «Одежда» уже в который раз посвящен тканям, правда, на сей раз авторы статей блока размышляют не только о текстиле, но и о других вошедших в историю моды материалах. Так, если Юлия Демиденко следит за приключениями «русского иностранца» ситца, то Ирина Михайлова в статье «В нежных объятиях ласкового зверя: пушнина и меховые изделия в средневековой Руси XIV-XVI веков» рассказывает о самом статусном и по-прежнему, несмотря на многочисленные кампании защитников животных, самом вожделенном и самом русском из материалов — мехе, а Манюэль Шарпи повествует о «резиновом» эпизоде в истории моды в своей статье «»Лихорадка» и стыд: одежда из резины в Париже, Лондоне и Нью-Йорке XIX века». Авторы раздела «Тело» возвращаются к теме рук. Маргарита Альбедиль прослеживает символику руки в культуре, Степан Родин предпринимает попытку «прочтения» японской руки, Влад Струков рассматривает локоть как «структуро- и жанрообразущий элемент социализма», а Ольга Вайнштейн в своей работе делится опытом прочтения романа Вилье де Лиль-Адана «Будущая Ева». Марсия Пойнтон размышляет об относительности понятия «роскошь» в своей статье, посвященной «лучшему другу девушки» — бриллиантам, а точнее помолвочному кольцу с бриллиантом, традиция дарения которого появляется во второй половине XIX века, «триумфу маркетинга, роскоши, ставшей необходимостью». В разделе «Культура» мы продолжаем освещать различные субкультуры, и на сей раз в нашу «энциклопедию» попали североамериканские зут-сьютеры, российские скинхеды и распространившийся повсеместно феномен косплеинга. Кроме того, в этом номере мы возрождаем рубрику «Мода онлайн» публикацией статьи Натали Хан «Расчленение модного тела: почему модный образ перестал быть статичным», которая посвящена находящемуся в авангарде интерактивному проекту культового фотографа Ника Найта SHOWstudio, запущенному в 2000 году. Нескучного чтения и интересных открытий! С наилучшими пожеланиями, Людмила Алябьева, шеф-редактор журнала «Теория моды: одежда, тело, культура».

Жизнь Софьи Казимировны Островской (1902-1983) вместила многое: детство в состоятельной семье, учебу на историческом факультете Петроградского университета, службу начальником уголовного розыска Мурманской железной дороги, пребывание под арестом, работу переводчиком технических текстов, амбиции непризнанного литератора, дружеские отношения с Анной Ахматовой и др. Все это нашло отражение на страницах ее впервые публикуемого целиком дневника, который она вела с юных лет до середины XX века. Особое место занимает в ее записях блокада Ленинграда, показанная подробно и выразительно. За рамками дневника осталась лишь деятельность Островской в качестве агента спецслужб, в частности по наблюдению за Ахматовой.

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной — это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814-1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? Как ели в кафе и в ресторанах? Как принимали ванну и как играли в карты? Как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? Как читали газеты и на чем ездили по городу? Что смотрели в театрах и музеях? Где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Что такое брюки? Все мы знаем, что это одежда, которая закрывает нас от талии и ниже, причем каждую ногу в отдельности. Эта, на первый взгляд, простая вещь имеет тем не менее необычную историю: ведь брюки — не только одежда, но еще и символ. «У кого кюлоты, у того и власть», — говорили до того, как на смену кюлотам, закрывавшим ноги только до колен, пришли длинные брюки. На рубеже XVIII-XIX веков эта одежда простонародья становится также достоянием высших классов общества, причем именно мужчин. Символ мужественности, она была запрещена для женщин, которым пришлось отвоевывать право носить брюки. Как наглядно показывает автор, именно в отождествлении с тендером и властью кроется исток этой удивительной истории.

Как менялись отношения между мужчинами и женщинами от древности к современности, российская специфика «нормального» и привычного, типические эмоциональные реакции на жизненные события, мотивы поведения мужчин и женщин разных социальных страт — это лишь малая часть вопросов, поднятых в этом сборнике. Книга дает представление о динамике развития исследований мужской и женской повседневности в такой огромной, многокультурной, разноконфессиональной стране, как Россия. Обращение к отдаленному прошлому, изучение изменений в структурах тогдашней и сегодняшней обыденности в ее тендерном измерении имеет значение не только для науки, но и для более глубокого понимания процессов, происходящих в современном обществе.