Современная российская литература

Сержант российской армии совершенно равнодушен к ми­ровому финансовому кризису., но только до тех пор, пока нелепая случайность не заставит его целую неделю изобра­жать олигарха перед светской публикой. Разоблачение грозит серьезными проблемами, зато удачное завершение аферы позволит всем участникам отлично зарабо­тать. Олигарх из казармы ежеминутно рискует провалить зада­ние, попадаясь на мелочах, но у него есть просвещенный настав­ник — женщина из высшего общества. Пигмалион и Галатея поменялись ролями, но не изменили своих извечных желаний...

Что такое еврейское счастье знают все и в то же время не знает никто, даже сами искатели этого самого счастья. Поэтому не спешите ни плакать, ни смеяться. Не спешите и выводы преждевременно делать. Вы сделайте, что называется, серьезную мину лица и следом за героями этой книги пройдите весь путь к этому самому счастья. И вы тогда убедитесь, что никакое оно не еврейское, хотя и написано с неподражаемым юмором и колоритом, на который способен только очень талантливый автор. Дорогой Толя! Еврейским счастьем – прочитав твою книгу – можно назвать всю нашу жизнь со всеми ее каверзами и заусеницами. Велик тот талант, который нашел новую метафору существования. Это, Толя, я говорю о тебе. Виктор Ерофеев ПИСЬМО БОГУ №1 «Дорогой товарищ Бог! – писал он, раздумывая, не надо ли в слове «товарищ» поставить в конце мягкий знак, — Пишет тебе Янкель Лемарес, один из овца твоего стада. Когда евреев было много, ты мог меня не замечать, но сейчас нас осталось очень мало и ты всех можешь посчитать по пальцам даже с такой большой высоты. Я никогда не надоедал тебе, дорогой товарищ Бог, своими просьбами и даже сердился, когда другие забивали тебе голову пустяками. А сейчас у меня есть к тебе просьба, и надеюсь не очень тяжелая для тебя. Дело в том, что я остался совершенно один в своей Севериновке, как говорят, полный сирота, и никого из родни, кроме Тебя, у меня нет. Мою жену и детей убили фашисты и они сейчас находятся возле тебя и думаю тоже просят за меня. Итого я совершенно один и зарабатываю на кусок хлеба тяжело. Я продаю иголки для примусов, а ты знаешь, какие деньги за это платят. Это смех, а не деньги. Это слезы, а не заработок, но больше я ничего не умею и, наверное, таким и умру, когда Ты этого захочешь. Извини, что я так подробно все описываю, но мне не с кем поговорить. Так вот, я подумал, что уже пришло тепло и скоро Пейсах, наш с Тобой главный праздник. Все люди идут перед этим в баню, надевают чистое белье, садятся за стол, и кушают то, что в раю человек кушает каждый день. А я могу положить в рот только кусочек черствого хлеба и запить его своими слезами. Я даже не могу купить маленький кусочек штруделя, чтобы положить его на окно и ждать, когда ночью прилетят моя Рахель и мои ангелочки. Если Ты простил мне мои грехи, то очень прошу выслать мне 50 рублей, чтобы я мог отпраздновать Пейсах, как все люди. До свидания, и я очень жду положительного результата. Всегда твой Янкель Лемарес». Когда он закончил письмо, в комнате было уже темно. Лемарес беспокойно завертел головой, проковылял к старой тумбе, на которой стояла керосиновая лампа, зажег её и осторожно перенес на стол. Письмо надо еще раз прочесть. На всякий случай. Мало ли что! Шевеля губами, он читал письмо по слогам, кивая головой на каждом слове. Хорошее письмо получилось, толковое, без всяких там экивоков. Грех не ответить на такое письмо. Лемарес задумался и уже потянулся к пожелтевшему конверту, но прокравшееся в душу сомнение остановило руку. Конечно, с обращением к Всевышнему он придумал удачно, им не к чему будет придраться, также в письме не было ни слова о политике, но как раз неизвестно, как они на это посмотрят. Если посмотреть, так сказать, со стороны, то есть, ни вашим ни нашим, то все, вроде, нормально: простой еврей пишет своему Богу письмо и кому какое дело о чем они договариваются? С другой стороны государство требует порядка. Бог повыше всяких генералов. А кто такой он, Лемарес? Даже не управдом. А они могут спросить: на каком основании вы, гражданин Лемарес, обращаетесь к Богу через наши головы? Вам что, жить надоело? Он мог бы ответить, что они абсолютно правы, к Богу нужно обращаться в синагоге, в присутствии раввина, но где, извините, синагога, и где раввин? Нет, для них это не отговорка. Они любят, чтобы их, извините за выражение, целовали в одно место. Лучше все-таки дописать два слова, чтобы кое у кого пропала охота задавать ему идиотские вопросы. Лемарес посмотрел на письмо, примеряясь, сколько слов еще поместиться на толстом листе и, придвинув к себе лампу так близко, что жар от стекла обжигал лицо, тяжело вздохнул: «Забыл сказать, что советская власть относится к евреям очень хорошо и прошу Тебя поблагодарить за это партийного секретаря Севериновки товарища Жадило, уполномоченного райпотребсоюза товарища Белонога и героя войны начальника нашей милиции капитана Побойню. Это все». ПИСЬМО БОГУ №2 «Дорогой товарищ Бог! Извини, что я опять надоедаю тебе пустяками. То есть, я хотел сказать, что для меня это совсем не пустяки, а наоборот. Прошлым разом я получил от тебя привет и справил Пейсах не хуже чем у людей, а потом целый год вспоминал об этом с удовольствием. Так что большое тебе спасибо. И вот опять на носу Пейсах, а у меня опять нет денег, чтоб еще раз получить удовольствие. Конечно, если бы я в тот раз получил все, что просил, тогда мне хватило бы на два Пейсаха – сколько человеку надо? Человек ведь не лошадь, тем более такой, как я. Но ты понимаешь, кого я имею ввиду, потому что писать об этом не надо, хотя мне обидно, что ты ему это простил. Так если ты считаешь меня своим созданием и в силу оного продолжаешь обо мне заботиться, прошу тебя повторно исполнить мою просьбу. И, пожалуйста, не передавай деньги через капитана Побойню, потому что он хотя и хороший человек и герой войны, но половину всегда оставляет себе. Говорят, у них в милиции такая привычка, но при чем здесь я? Может, ему тоже надо, так пускай он просит у своего Бога и не лезет в наши отношения. С этим все. И еще. Спроси у моей Рахели, или она не против, если я перейду жить к Зине? Дело в том, что у меня пол земляной, а у неё из досок, а терпеть свой ревматизм я уже не могу. Так что это даже не измена. С наилучшим приветом твое создание Янкель Лемарес. И еще. Передай моим, что я очень скучаю за ними и тысячу раз целую. Теперь все».

»Транзит Тель–Авив — Москва» — это 35 глав увлекательного и довольно откровенного чтения. Писатель занимательно рассказывает о знаменитых фигурах шоу–бизнеса, ярких представителях финансовой сферы, политики и других областей. Как говорит романист, книга «Транзит Тель–Авив — Москва» родилась совершенно случайно. Как–то, гуляя летним утром в Екатерининском парке Москвы, он повстречал одного своего именитого пациента — в прошлом «завсегдая» Кремля, а ныне, как говорится, пенсионера всесоюзного значения. Увидев Даниэля, тот воскликнул: «Читатель судеб, это вы?!» И тогда Рибс про себя в шутку подумал: мол, почему это чукча только читатель? Чукча должен быть писателем!

Я всегда считал себя человеком серьезным. Но, посмотрев последние фильмы, которые у нас называются комедиями, решил вмешаться и в этот жанр. Чувство юмора у меня есть. Да и из кризиса мы уже начинаем выходить, и теперь уже можно с улыбкой взглянуть на те тяжелые дни января 2009 года, которые так потрясли весь средний класс. В январе 2009 года двое друзей, отправленные в неоплачиваемый отпуск, менеджер крупной компании Петя и предприниматель Толик, решают вложить свои обесценивающиеся с каждым днем рубли в какое-нибудь предприятие, чтобы преумножить свои сбережения или хотя бы сохранить. Они случайно узнают, что газы, которые время от времени выбрасывает человеческий организм, горят, а пукнув несколько раз в специальный газосборник, можно на этом газе сварить кастрюлю борща. И когда по телевизору видят новости о газовом кризисе в Европе из-за отсутствия транзита российского газа, они решают создать конкуренцию «ГАЗПРОМу» и учреждают компанию «ПЕТРОГАЗ» по сборке газов с населения и отправке его на экспорт. Они получают кредит на строительство газопровода и нанимают штат сотрудников. С помощью усиленной рекламы гороха и фасоли они заставляют организм москвичей вырабатывать больше газов, а с помощью звезд кино и шоу-бизнеса призывают население Москвы не загрязнять окружающую среду своими газами, а сбрасывать их в специально установленные повсюду газосборники. ГАЗОВЫЙ КРИЗИС Новогодние каникулы закончились в этот раз хуже всего. Вернее, не то чтобы все помирали с похмелья, как никогда, и не хотели идти на работу. Просто в эти тяжелые времена финансового кризиса окончания праздников ждали с нервным напряжением все, у кого были денежные сбережения. Начиная от мелких коммерсантов и кончая олигархами. Причем большинство последних и пострадали крупнее всех. Если мелкий ларечник, разменявший свои пять-шесть тысяч накопленных долларов на рубли летом, когда вера в доллары у людей уже пропала, потерял лишь несколько десятков тысяч рублей, то активы олигархов потеряли порой до миллионов долларов. Но еще вопрос, кто больше переживал за свои накопления, потому что для ларечника эти десятки тысяч рублей значат не один месяц работы впустую. И все имеющие накопления граждане никак не хотели, чтобы выходные заканчивались, потому что это был единственный островок стабильности, когда все знали, что завтра ничего не изменится и они ничего не потеряют. Но вот наступило уже другое завтра, и, хоть это и был воскресный день, все причисляющие себя к среднему и высшему классу знали, что они сегодня могут опять потерять. Кто до нового года, когда доллар и евро ежедневно росли, рискнул и перевел свои сбережения в валюту, тоже не очень уверенно себя чувствовали. То есть они, конечно, радовались, что выгодно вложились, но все это могло рухнуть в один момент, как уже было в девяносто восьмом году. И после того, как менее полугода назад за доллар в пунктах приема давали не больше двадцати трех рублей, чувствовать себя уверенно с ними мало кто мог. Лишь малому кругу лиц была известна дальнейшая судьба рубля и валюты, и то только на ближайшие несколько месяцев. Все остальные же чувствовали себя игроками, которые могут проиграть. Петр Васильев тоже причислял себя к среднему классу. Хоть он и не был предпринимателем, но его работа менеджером в крупной компании и очень высокая зарплата позволяли ему и жить, не особо отказывая себе в удовольствиях, и еще откладывать деньги. Он ни на что не копил. Это была обычная привычка, имеющаяся почти у всех, у кого есть для этого возможность. То есть он и большинство людей просто копили. Ни на что, просто так. Чтобы были. И вот эти «чтобы были», таявшие с каждым днем до нового года, и не давали Петру покоя. Как, впрочем, и остальным. И собираясь утром на работу, он, как всегда, нервно ожидал обеда, когда ведущие деловых новостей объявят о том, сколько он сегодня потеряет. А в том, что он потеряет, он почти не сомневался. Кризис еще не закончился, и все это прекрасно понимали. У Пети была лишь надежда, что падение рубля, в которых он хранил с лета свои сбережения, хотя бы остановится. Потому что деньги, которые он расходовал на свою неработающую жену Юлю, вся ее косметика, салоны и массажи не шли ни в какое сравнение с теми суммами, которые он терял на разнице курсов валют. Он даже завидовал своему брату Феде, который работал токарем на заводе и, не имея никаких накоплений, вообще не переживал по этому поводу. Цены в магазинах на те продукты и вещи, которые он покупал, изменились настолько незаметно, что, привыкнув за много лет к стабильной инфляции, кризис для обычных людей проходил незаметно. И единственным поводом для переживаний Феди была его жена Катя, которая уже не раз уходила к одному бизнесмену. Вот и сейчас он сидел дома у Пети, куда опять пришел излить свою душу по поводу очередного ухода жены, и плакался на диване Юле, поскольку Петя уже был на работе. – Блин, ну где же? А, вот… – говорила Юля самой себе, ища в телевизионной тумбе аптечку. Она поставила ее на журнальный столик и стала искать в ней бутылек успокоительного. По работающему телевизору позади Юли шли новости, и диктор громко говорил о том, что газ в Европу до сих пор не поступает из-за затяжек Украины с подписанием договора и что в холодных странах складывается критическая ситуация. Юля не обращала на это внимания, поскольку эта ситуация с газом из-за украинской стороны была уже привычной в новогодние дни. И даже если в этом году это и происходило несколько жестче, чем раньше, неожиданным и необычным это уже давно не было. Юля открыла бутылек с «Новопасситом» и, накапав в ложечку несколько капель, подсела к сидящему на диване всхлипывающему Феде. – На, выпей… Успокойся… – утешала она его. – Ни одна баба не стоит твоих слез… Сколько можно уже… Федя взял ложечку подрагивающей рукой и, выпив лекарство, начал вытирать слезы. Как-то тоскливо посмотрев на новогоднюю елку, он спросил как будто у самого себя. – Так а че я теперь делать буду? Я ж люблю ее, падлу… Все для нее, все, что зарабатывал… А теперь что? – Ну ни че… – продолжала утешать Юля, складывая лекарство обратно в аптечку и убирая его. – Наживешь еще себе, заработаешь… Не стоит она тебя, я сколько раз тебе говорила… Юля говорила это так равнодушно, что было понятно даже Феде, который был явно не в себе. Он посмотрел на нее и опять захныкал. – Да люблю я ее… Понимаешь? Люблю… Как я теперь жить буду? Юля опять подсела к нему и попыталась еще раз, прибавив в голос хоть подобие сочувствия, поскольку он был ей так же безразличен, как и бомжи с улицы. – Ну успокойся, Федя… – сказала она, даже поглаживая его по плечу. – Найдем мы тебе другую, еще лучше… Почувствовал ли Федя опять нотки фальши в ее голосе, или ему просто было так больно, но он нервно скинул с плеча ее руку и, как вредный ребенок, проплакал: – Не хочу другую… Я ее люблю… И все… Никого не хочу больше… В этот раз Юля уже не выдержала. Если бы не то обстоятельство, что Федя является родным братом ее мужа и чувствует себя здесь как дома, то она уже давно вышвырнула бы его на улицу. Но так как она не имела на это права, то только вскочила и, разозлившись, заходила взад-вперед по комнате. – Ну, я не знаю тогда… – жестикулируя руками, нервно заговорила она. – И что теперь? Опять неделю ни есть, ни спать не будешь? Опять в скелет превращаться будешь? Ты бы лучше думал, как деньги зарабатывать нормальные, чтобы не бегали от тебя девки к коммерсантам…

Четыре новеллы — четыре необычные истории, которые вряд ли могли произойти на самом деле. Или все-таки могли? И не потому ли в героях сборника так легко угадываются наши современники? Глубоко вникающий в сущность вещей, писатель ярко, доверительно волнующе рисует картину обыкновенной жизни, за внешней прозаичностью которой скрывается потаенный смысл. Но о чем бы ни писал автор — о надежде или предательстве, скрытых желаниях или вере в Бога и конечно о любви, — главный лейтмотив: в нашей бесконечно быстрой, суетной жизни надо на мгновение остановиться и задуматься: для чего мы живем? Чем заполнена наша жизнь? Не тратим ли мы ее впустую, ведь другой не будет?.. И осмыслив то, что уже пройдено, устремиться вперед…

Три удивительные и трагические судьбы, три человека, стоящие на краю обрыва, три странника, бегущие по лезвию бритвы... Они живут и дышат напряженно, отчаянно, нервно, они не вписываются в нашу реальность и в то же время они — плоть от плоти ее и кровь от крови. Поразительные истории, которые заставят вас смеяться и грустить, и размышлять о вечных истинах вместе с непревзойденным рассказчиком и тонким стилистом Андреем Биневым.

Глядя на безобразие, которое разворачивается на страницах этого романа, написанного в жанре духовной эротики, и которое на самом деле скопировано с действительности в масштабе 1:1, можно задать только один вопрос: авторы правда ку-ку или только прикидываются? Вы можете быть новичком, дилетантом, настоящим «чайником» в вопросе энергетических священнодействий. Или, напротив, можете быть продвинутым садхакой, одаренным йогом, а то и светлейшим гуру для тысяч учеников. Но когда вы дочитаете книгу до конца и найдете-таки ответ на поставленный выше вопрос, то, скорее всего, удивитесь: как гармонично могут переплетаться мистические странствия сквозь пространство и время с шутовским кривлянием и детскими забавами. Как мастерски, изящно и легко — с настроением субботнего завтрака — можно совершать чемпионские прыжки в духовном развитии и, целясь — ни много ни мало — в просветление, попадать в самое яблочко. Это путешествие астронавтов нового поколения. Устраивайтесь поудобнее: вас ожидают такие Космические трансляции, по сравнению с которыми World Fashion TV-просто советские новости на черно-белом экране.

Московский студент, проведя лето у бабушки в Баку, узнает историю своей семьи. Прадед-ювелир, бакинский еврей, в начале Первой мировой войны уехал в Америку, но оставил большое наследство... Герой пытается разгадать семейную тайну, и фантазии-прозрения наводят его на след старинного алмаза, разломы которого являются картой нефтяных каспийских месторождений. Но это знание оборачивается несчастьем... В романе А. Иличевского, лауреата премии «Русский Букер», соляра — нефть — становится философским камнем, способным превратиться во что угодно: золото, деньги, власть.

Роман Сергея Эфроса — при сходстве первой части с лихим детективом, второй — с лучшими образцами черного юмора — полон иносказаний, отсылок к древнейшим мифам о сотворении мира, Торе, Библии. Герои его: Серафим, Михаил, Лилит, муж ее Адам, — наши современники, ведущие обычную с виду жизнь. Но память тысячелетий вдруг начинает возвращаться к героям повествования, и вечное русское «что делать?» вдруг теряет национальные черты и оказывается «обычной» библейской тоской по счастью, которого не достичь, по любви, имя которой Вечность... Но это лишь поверхностный взгляд на роман. На самом деле, все намного глубже.

Автор популярных женских романов и скандально известный режиссер отправляются за город писать киносценарий. Они рассказывают друг другу множе­ство смешных и грустных историй, вспоминают любимых женщин и случайных знакомых. Но в их беззаботное существование неожиданно вторгаются события, связанные с большой игрой, ставка в которой — собственность на землю в исто­рическом заповеднике.

Когда некогда единая империя вступает в эпоху перемен; когда в отколовшемся от нее королевстве в частной собственности оказываются армия, законы и налоги, а в самой империи по-прежнему считают, что в стране не должно быть ни богатых, склонных к независимости, ни бедных, склонных к бунтам; когда в королевстве сеньоры смотрят на жизнь, как на поединок, а в империи полагают, что свободный человек — это не раб, не серв, не крепостной, и вообще человек, который не зависит никаким образом от частного человека, а зависит непосредственно от государства; когда партии наследника и императрицы сцепились не на жизнь, а на смерть, — тогда пришелец со звезд Клайд Ванвейлен может слишком поздно обнаружить, что он — не игрок, а фигурка на доске, и что под словами «закон», «свобода» и «государство» он понимает кое-что совсем другое, чем его партнеры по Игре в Сто Полей.

Он принял боевое крещение летом 1941 года. Он награжден Железным крестом за подвиг, совершенный в первом же бою. Он был убежденным нацистом, верившим в превосходство «высшей германской расы» над славянскими «недочеловеками». Но ужасы войны на Восточном фронте на многое открыли ему глаза, а отвага и самопожертвование русских заставили усомниться в прежней вере. Ему предстоит многое переосмыслить и многое понять. Ему придется пройти через самые жестокие бои 1941 года и узнать тайну, которая ранит больнее русских пуль... «Оставь надежду, всяк сюда входящий « Здесь, на Восточном фронте, разверзся ад. Здесь человек становится зверем прежде, чем осознает это. Попав сюда, не проси о пощаде и не сдавайся в плен. Потому что пощады не будет.

»Русская литература всегда отличалась тем, что в нее приходили из медицины талантливые писатели. Но среди них не было авторов-женщин. Со своим взглядом на коллег и на пациентов, со своей жизненной философией. Теперь есть Татьяна Соломатина, книги которой не выпустить из рук, пока не прочитаешь последнюю страницу. С женской беспощадностью она говорит о врачебном цинизме, а ты понимаешь, что сей цинизм — форма самозащиты тех, кто постоянно сталкивается с чужой болью, с кровью, со стонами, видит жизнь на грани смерти и ответствен за чужие судьбы. И при этом доктор, который для пациентов — бог, параллельно живет обычной жизнью — у него дети, жены и вечная нехватка денег. Татьяне Соломатиной удается, возможно, самое трудное в творчестве: показать слабость и силу богов», — написала Наталья Нестерова. В книгу вошли три новеллы писательницы, ставшей одним из главных литературных открытий последнего времени.

Герой этой книги живет в пути, как герои Керуака. Дорога — это краеугольный камень его бытия. Каир, Нью-Йорк, Москва, Киев, Пекин, Каракорум, Стамбул, Венеция, Лондон — новые впечатления, новые люди, чужие жизни, история и современность сменяют друг друга в головокружительной пляске. Еще одна страна, еще один город — кажется, вот-вот сложится пазл и ты поймешь что-то важное...

Галина Щербакова — признанный мастер современной прозы. В сборник вошли ее повести «Дверь в чужую жизнь», «Подробности мелких чувств» и «Три любви Маши Передреевой». Три непохожие истории, герои, героини, их проблемы и неповторимый авторский почерк — умение без снисхождения и нравоучений описать предельно реалистичные, до боли знакомые ситуации так, чтобы тронуть каждого читателя, никого не оставить равнодушным.

Известный писатель Геннадий Прашкевич предстает в новом романе в качестве мемуариста, скрывшегося под маской главного героя — писателя Леонида Осянина. Он точен в деталях и, главное, в передаче невероятной атмосферы начала второй половины прошлого века, на которую пришлась его юность, а избранная форма романа позволяет ему вольно распоряжаться судьбами своих персонажей. Это захватывающая и поучительная книга, в которой и старшее поколение, ностальгирующее по своей молодости, и юное, только вступающее в жизнь, найдут много интересного и полезного для себя.

В состав этого сборника такие известные произведения автора, как «Рассказ», «Цветущий холм среди пустого поля», «Письмо Ивану Карамазову» и другие.

Это уже восьмая по счету книжка так называемых русских инородных сказок, то есть увлекательных историй, рассказанных и записанных в разных городах и странах, чуть ли не на всех континентах, но непременно по-русски. Историй и рассказчиков с каждым годом становится все больше, и это – закономерный процесс. И вот нам с вами восьмая по счету книга рассказов о событиях, которые происходят и тут, совсем рядом, и там, где нас нет, далеко-далеко – везде.

Роман известного хантыйского писателя и общественного деятеля Еремея Айпина посвящен событиям 1933-1934 годов — восстанию коренных народов Обского Севера, не желающих покоряться советскому режиму. Страшное в своей правдивости, безжалостное повествование о подавлении мятежа переходит местами в притчу, местами — в раздумья о жестокой участи и остяцкого, и русского народа в XX веке. В центре сюжета — горькая судьба остяцкой женщины, чью семью погубила война, и эта драматическая история, вписанная в общую картину красного произвола, вырастает в пронзительный рассказ о трагедии человека, семьи, народа и, в конечном итоге, России, утратившей свои основы в 1917 году.

Герои Галины Щербаковой в своем роде уникальны — потому что очень часто они предстают перед читателем после «хеппи-энда». Там, где у иного писателя история завершается счастливым бракосочетанием и обретением благополучия, — у Щербаковой только начинаются настоящие испытания на прочность. ...Трое мужчин, не хватавших с неба звезд, небогатые и без талантов, почти одновременно становятся «сиделками» у своих жен. Несчастные больные, в которых превратились бывшие красавицы и умницы — летчица, машинистка и учительница, — теперь живут растительной жизнью, и надежды на чудо нет. Но тем не менее чудо происходит. Чудо подлинной любви и самопожертвования. И лежачие женщины — настоящие богини, у их ног весь мир.

Логинов Андрей Алексеевич — писатель, поэт, известный Мастер воинских искусств, общественный деятель, путешественник, автор нескольких сборников стихов, романа, новелл, притч, путевых заметок и киносценариев. Произведения Логинова переведены и опубликованы за рубежом на китайском и английском языках. Представленный в книге роман можно коротко охарактеризовать, говоря словами автора, «как и суть жизненного пути — покорение покаяния». Новеллы — яркие, сочные элегии с неожиданным развитием сюжета. Они повествуют о Любви и Ненависти, Верности и Предательстве, Вражде и Дружбе. Светлые притчи раскрывают проблемы взаимоотношений Добра и Силы через утверждение бескорыстной самоотверженности в служении людям. Увлекательные путевые заметки дарят ощущение прикосновения к аромату Востока и приоткрывают завесу, скрывающую малоизвестную жизнь далекого Тибета.

Новинка от автора нашумевших романов «Смех Again», «Гипно Некро Спам» и «Любовь стратегического назначения», после которых Гладова называли «русским Ирвином Уэлшем», «русским Палаником» и даже «надеждой русского киберпанка»! Герои этой книги могут собирать ртуть из градусников и мериться силой воли с пираньями в аквариуме, могут верить Клещу, сулящему рай земной, и бояться Скрипунов, приплывающих из-за реки за непослушными девочками, могут, питаясь крадеными «сникерсами», пытаться постичь Высший Цифровой Разум и, страдая от безответной любви, искать в сплоченном коллективе Мужчину, Которому Можно, — но при всей своей сверхъестественной яркости и феерической креативности они остаются узнаваемы, остаются людьми. Хотя потом все равно придет Капуста и закроет полнеба.

Жанр, в котором написаны истории, вошедшие в эту книгу, сам автор называет «киноповестями». Написаны они были в разное время и все предназначались исключительно для кино. Но, как известно, кинопроизводство — дело сложное и непредсказуемое. В смысле — никто не может дать гарантию, будет ли когда-либо снят по этому сценарию фильм или написанное годами будет дремать под слоем теплой пыли. Ноябрев считает, что ему отчасти повезло — две повести уже стали основой для двух осуществленных проектов: «Хроники утопленника» превратились в фундамент фильма «Тринадцать месяцев» (2008 г.), а «Возвращение блудного отца» реализовалось в фильме с одноименным названием (2009 г.). Какой будет судьба остальных — покажет время. Однако можно считать, что читателю тоже повезло — он уже имеет возможность познакомиться с этими необычными историями.

Эта книга отражает самые разные грани литературного творчества Эльдара Рязанова. Здесь и стихотворения, и новеллы, и повести, написанные в соавторстве с Э. Брагинским и ставшие основой одноименных популярных фильмов «Старики-разбойники» и «Служебный роман». В книгу входит также повесть «Предсказание», которая сочинялась автором как прозаическое произведение, а потом уже был написан одноименный сценарий и снят фильм, в котором играли французская актриса Ирен Жакоб и наш знаменитый артист Олег Басилашвили.