Зебра Е

»Транзит Тель–Авив — Москва» — это 35 глав увлекательного и довольно откровенного чтения. Писатель занимательно рассказывает о знаменитых фигурах шоу–бизнеса, ярких представителях финансовой сферы, политики и других областей. Как говорит романист, книга «Транзит Тель–Авив — Москва» родилась совершенно случайно. Как–то, гуляя летним утром в Екатерининском парке Москвы, он повстречал одного своего именитого пациента — в прошлом «завсегдая» Кремля, а ныне, как говорится, пенсионера всесоюзного значения. Увидев Даниэля, тот воскликнул: «Читатель судеб, это вы?!» И тогда Рибс про себя в шутку подумал: мол, почему это чукча только читатель? Чукча должен быть писателем!

Я всегда считал себя человеком серьезным. Но, посмотрев последние фильмы, которые у нас называются комедиями, решил вмешаться и в этот жанр. Чувство юмора у меня есть. Да и из кризиса мы уже начинаем выходить, и теперь уже можно с улыбкой взглянуть на те тяжелые дни января 2009 года, которые так потрясли весь средний класс. В январе 2009 года двое друзей, отправленные в неоплачиваемый отпуск, менеджер крупной компании Петя и предприниматель Толик, решают вложить свои обесценивающиеся с каждым днем рубли в какое-нибудь предприятие, чтобы преумножить свои сбережения или хотя бы сохранить. Они случайно узнают, что газы, которые время от времени выбрасывает человеческий организм, горят, а пукнув несколько раз в специальный газосборник, можно на этом газе сварить кастрюлю борща. И когда по телевизору видят новости о газовом кризисе в Европе из-за отсутствия транзита российского газа, они решают создать конкуренцию «ГАЗПРОМу» и учреждают компанию «ПЕТРОГАЗ» по сборке газов с населения и отправке его на экспорт. Они получают кредит на строительство газопровода и нанимают штат сотрудников. С помощью усиленной рекламы гороха и фасоли они заставляют организм москвичей вырабатывать больше газов, а с помощью звезд кино и шоу-бизнеса призывают население Москвы не загрязнять окружающую среду своими газами, а сбрасывать их в специально установленные повсюду газосборники. ГАЗОВЫЙ КРИЗИС Новогодние каникулы закончились в этот раз хуже всего. Вернее, не то чтобы все помирали с похмелья, как никогда, и не хотели идти на работу. Просто в эти тяжелые времена финансового кризиса окончания праздников ждали с нервным напряжением все, у кого были денежные сбережения. Начиная от мелких коммерсантов и кончая олигархами. Причем большинство последних и пострадали крупнее всех. Если мелкий ларечник, разменявший свои пять-шесть тысяч накопленных долларов на рубли летом, когда вера в доллары у людей уже пропала, потерял лишь несколько десятков тысяч рублей, то активы олигархов потеряли порой до миллионов долларов. Но еще вопрос, кто больше переживал за свои накопления, потому что для ларечника эти десятки тысяч рублей значат не один месяц работы впустую. И все имеющие накопления граждане никак не хотели, чтобы выходные заканчивались, потому что это был единственный островок стабильности, когда все знали, что завтра ничего не изменится и они ничего не потеряют. Но вот наступило уже другое завтра, и, хоть это и был воскресный день, все причисляющие себя к среднему и высшему классу знали, что они сегодня могут опять потерять. Кто до нового года, когда доллар и евро ежедневно росли, рискнул и перевел свои сбережения в валюту, тоже не очень уверенно себя чувствовали. То есть они, конечно, радовались, что выгодно вложились, но все это могло рухнуть в один момент, как уже было в девяносто восьмом году. И после того, как менее полугода назад за доллар в пунктах приема давали не больше двадцати трех рублей, чувствовать себя уверенно с ними мало кто мог. Лишь малому кругу лиц была известна дальнейшая судьба рубля и валюты, и то только на ближайшие несколько месяцев. Все остальные же чувствовали себя игроками, которые могут проиграть. Петр Васильев тоже причислял себя к среднему классу. Хоть он и не был предпринимателем, но его работа менеджером в крупной компании и очень высокая зарплата позволяли ему и жить, не особо отказывая себе в удовольствиях, и еще откладывать деньги. Он ни на что не копил. Это была обычная привычка, имеющаяся почти у всех, у кого есть для этого возможность. То есть он и большинство людей просто копили. Ни на что, просто так. Чтобы были. И вот эти «чтобы были», таявшие с каждым днем до нового года, и не давали Петру покоя. Как, впрочем, и остальным. И собираясь утром на работу, он, как всегда, нервно ожидал обеда, когда ведущие деловых новостей объявят о том, сколько он сегодня потеряет. А в том, что он потеряет, он почти не сомневался. Кризис еще не закончился, и все это прекрасно понимали. У Пети была лишь надежда, что падение рубля, в которых он хранил с лета свои сбережения, хотя бы остановится. Потому что деньги, которые он расходовал на свою неработающую жену Юлю, вся ее косметика, салоны и массажи не шли ни в какое сравнение с теми суммами, которые он терял на разнице курсов валют. Он даже завидовал своему брату Феде, который работал токарем на заводе и, не имея никаких накоплений, вообще не переживал по этому поводу. Цены в магазинах на те продукты и вещи, которые он покупал, изменились настолько незаметно, что, привыкнув за много лет к стабильной инфляции, кризис для обычных людей проходил незаметно. И единственным поводом для переживаний Феди была его жена Катя, которая уже не раз уходила к одному бизнесмену. Вот и сейчас он сидел дома у Пети, куда опять пришел излить свою душу по поводу очередного ухода жены, и плакался на диване Юле, поскольку Петя уже был на работе. – Блин, ну где же? А, вот… – говорила Юля самой себе, ища в телевизионной тумбе аптечку. Она поставила ее на журнальный столик и стала искать в ней бутылек успокоительного. По работающему телевизору позади Юли шли новости, и диктор громко говорил о том, что газ в Европу до сих пор не поступает из-за затяжек Украины с подписанием договора и что в холодных странах складывается критическая ситуация. Юля не обращала на это внимания, поскольку эта ситуация с газом из-за украинской стороны была уже привычной в новогодние дни. И даже если в этом году это и происходило несколько жестче, чем раньше, неожиданным и необычным это уже давно не было. Юля открыла бутылек с «Новопасситом» и, накапав в ложечку несколько капель, подсела к сидящему на диване всхлипывающему Феде. – На, выпей… Успокойся… – утешала она его. – Ни одна баба не стоит твоих слез… Сколько можно уже… Федя взял ложечку подрагивающей рукой и, выпив лекарство, начал вытирать слезы. Как-то тоскливо посмотрев на новогоднюю елку, он спросил как будто у самого себя. – Так а че я теперь делать буду? Я ж люблю ее, падлу… Все для нее, все, что зарабатывал… А теперь что? – Ну ни че… – продолжала утешать Юля, складывая лекарство обратно в аптечку и убирая его. – Наживешь еще себе, заработаешь… Не стоит она тебя, я сколько раз тебе говорила… Юля говорила это так равнодушно, что было понятно даже Феде, который был явно не в себе. Он посмотрел на нее и опять захныкал. – Да люблю я ее… Понимаешь? Люблю… Как я теперь жить буду? Юля опять подсела к нему и попыталась еще раз, прибавив в голос хоть подобие сочувствия, поскольку он был ей так же безразличен, как и бомжи с улицы. – Ну успокойся, Федя… – сказала она, даже поглаживая его по плечу. – Найдем мы тебе другую, еще лучше… Почувствовал ли Федя опять нотки фальши в ее голосе, или ему просто было так больно, но он нервно скинул с плеча ее руку и, как вредный ребенок, проплакал: – Не хочу другую… Я ее люблю… И все… Никого не хочу больше… В этот раз Юля уже не выдержала. Если бы не то обстоятельство, что Федя является родным братом ее мужа и чувствует себя здесь как дома, то она уже давно вышвырнула бы его на улицу. Но так как она не имела на это права, то только вскочила и, разозлившись, заходила взад-вперед по комнате. – Ну, я не знаю тогда… – жестикулируя руками, нервно заговорила она. – И что теперь? Опять неделю ни есть, ни спать не будешь? Опять в скелет превращаться будешь? Ты бы лучше думал, как деньги зарабатывать нормальные, чтобы не бегали от тебя девки к коммерсантам…

Приставкин не без юмора описывает те ритуальные возлияния, в которых ему как члену писательских делегаций доводилось участвовать. Сценарий, как правило, был одинаков. Эти грандиозные валтасаровы пиры, эти обильные амброзией начальственные халявы – тоже приметы «империи времен упадка». В книге с говорящим названием «Синдром пьяного сердца» Приставкин трактует приверженность к рюмке как традиционный писательский жанр, что не мешает ему с любовью изображать самих писателей. Речь идет об именах достойных – Алесе Адамовиче, Георгии Садовникове, Алексее Каплере, Анатолии Кузнецове, Юрии Казакове, Леониде Темине, Александре Тихомирове, Виле Липатове…

«Единственные дни» — книга известной актрисы и режиссера Натальи Бондарчук, в которой она с предельной, подкупающей от­кровенностью рассказывает о себе и о людях, с которыми довелось жить и работать. В книге она пишет об отце — режиссере Сергее Бондарчуке и ма­тери — актрисе Инне Макаровой, учителе Сергее Герасимове, колле­гах по актерскому цеху Василии Шукшине, Николае Бурляеве, Сергее Безрукове; режиссерах Андрее Тарковском, Ларисе Шепить­ко, Владимире Мотыле, о съемках своих фильмов «Бемби», «Пуш­кин. Последняя дуэль», «Гоголь. Ближайший».

Андрей Карпов родился в 1959 году — известный художник-примитивист, самоучка. Пишет в наивно-примитивной манере жанровые сцены, пейзажи, портреты, натюрморты, животных. Живет и работает в Москве. Художник обращается к изобразительным системам архаического и наивного искусства, где пространство становится плоским, а образ стремится уподобиться знаку. Работы автора наполнены юмором, в них представлена пародийная природа человеческого бытия. Выставляется с 1986 года в России и за рубежом. Работы Карпова находятся в Московском музее современного искусства, многочисленных коллекциях и частных собраниях.

Эту книжку не обязательно читать подряд. В прихотливом настроении памяти всегда ценны мимолетности, случайные припоминания. Они свободны и поэтому более точны, чем обещанные к сроку мемуары. События, о которых я вспоминаю, пустившись против течения своенравной Леты, редко соотнесены с датами сделанных записей. Все, о чем мне привелось вспомнить, перестало принадлежать ей – реке Забвения. Может быть, поэтому по ней теперь можно путешествовать, всякий раз отправляясь с разных пристаней. Я же, оставаясь на берегу, хочу, чтобы вы не скучали при чтении. Оно займет у вас куда меньше времени, чем ушло у меня на эти легкие и такие тяжелые строчки…

Фаина Раневская. Ее искрометный юмор и незаурядный талант великой актрисы покорили сердца не одного поколения зрителей. Но какой была ее жизнь без света рампы? Сочетался ли ее сценический образ с повседневной жизнью? Какие взаимоотношения сложились с партнерами и режиссерами? Глеб Скороходов, автор и ведущий популярного телевизионного цикла «В поисках утраченного», сделал попытку запечатлеть в этой книге неординарный образ актрисы в театре, на экране и в жизни.

Предлагаю читателю вместе со мной проникнуть через границы. По земле — из Па­рагвая в Аргентину, из Уругвая в Бразилию. По воздуху — в Венесуэлу из США, из Гватемалы на Кубу, в Чили из Британии. Понятное дело — речь пойдёт о Ла­тинской Америке. Естественно, не обойдётся без английского следа — не зря же я столько лет провёл в Лондоне. Само собой, не обойдётся и без следа русского. Эти три линии тем более сойдутся в главе, где я попытаюсь собрать воедино доселе разрозненные сведения о тайном участии СССР в войне за Фолклендские (Маль­винские) острова. Сразу беру набор участников этой войны в кавычки, потому что та война не была «англо-аргентинской». Берусь доказать — это была репетиция большой, возможно, мировой войны за Антарктиду. ...На берегах Южной Атлантики проникнем в «тайны уругвайского двора», этими тайнами до сих пор окутан первый чемпионат мира по футболу, прошедший в Монтевидео...

Перед вами история любви и дружбы. История жизни и смерти. История, рассказанная непосредственно участниками. Это модная притча современного поколения, в которой каждый из героев делает свой собственный выбор. Она — успешная модель, завсегдатай светских вечеринок, обласканная вспышками фотокамер и вниманием богатых поклонников. Он — катается на сноуборде с девяти лет, боготворит Мика Джаггера и при слове «Дягилев» вспоминает балет, а совсем не Горобия и фейсконтроль…

Оказывается, не всегда молодые люди сегодня только бьют друг другу морды, хамят учителям, мечтают об удачной финансовой карьере и покупке «Бентли», недоверчиво и подозрительно относясь к человечеству. Оказывается, некоторые из них зачем-то сохранили способность думать. Но может быть, «думать» в данном случае — это слишком сильно сказано? Недаром автор фильма Сергей Соловьев настаивает, что снял «Слабо Умное Кино». Да, и в самом фильме совсем не говорят «об умном». Герои скорее об этом «умном» тоскуют.

Первоначально такс разводили для использования на охоте. Но с давних пор они также стали преданными и верными спутниками человека в его повседневной жизни. И тот, кто полюбил небольшую, имеющую чувство собственного достоинства собаку, находится перед проблемой выбора: какую держать собаку — гладкошерстную, жесткошерстную или, длинношерстную, и какого размера. Наряду с таксами обычного размера имеются также карликовая и кроличья таксы.

Альбом, подготовленный Министерством культуры Московской области и изданный в Год культуры Московской области, знакомит с местами традиционного бытования народных художественных промыслов, предприятиями и организациями, на которых работают талантливые мастера. Читатель имеет возможность познакомиться с наиболее известными из существующих ныне художественных производств, история которых порой насчитывает несколько столетий.

Издание предназначено для семейного чтения. В книгу вошли избранные рассказы А.П. Чехова о детях и о детстве. Хотя все эти произведения объединены «детской» тематикой, они не являются «детскими» в привычном смысле. Но именно это делает истории маленьких героев Чехова осо­бенно интересными как для взрослеющего ребенка, который учится понимать самого себя, так и для взрослого, который может ребенку в этом помочь. Книга рекомендуется для чтения с детьми 8–11 лет. Читать чеховские рассказы не так легко, как это может показаться. Многие языковые, культурно-исторические и бытовые детали жизни чеховской эпохи сегодня требуют пояснения. И именно совместное чтение со взрослым оказывается в этом случае особенно важным. Прочитать текст помогут комментарии на полях книги. А обсуждение совместно прочитанного может стать поводом для серьезного общения, способом развития читательской культуры, способности ребенка в дальнейшем уже самостоятельно осваивать литературные тексты. Специальный раздел книги, в котором представлены интересные материалы конца XIX века и задания к рассказам, помогут ребенку ненавязчиво познакомиться с произведениями русской классики в привычной для него игровой форме.

Тоже мне диковина — байка. Что там у Даля? «Быль... побаска... сказочка...» Это кто на что горазд: зубоскал, краснобай, а про кого-то — рассказчик знатный. Виктор Конецкий свое писательство иначе и не называл — байки, мол, травлю. По мне, раз уж никак без них, баек этих, то ничего не поделаешь. Только: «пей, да дело разумей». Слово — не воробей. Бывает, вылетит, а в мозгах — туман. Как про девку. Ну, к которой парень в гости зашел, на лавку завалил... А она потом, одеваясь, думает: «Чего заходил? Или сказать чего хотел?» Жизнь подбрасывает столько всякого — успевай только на ус мотать...

»Чем талантливее актер, тем виртуозней он может обмануть зрителя. А в чем, собственно, состоит этот обман? Да и является ли это в прямом смысле обманом? Все эти вопросы я задала самой себе и пришла к удивительному выводу. Нет! Не обманываю я зрителя, когда люблю своего партнера. Я и вправду его люблю, как бы он ни был мне неприятен в жизни. Но на сцене ведь это не он, а совсем другой человек. Да и я уже не совсем я. Разве я могла бы поступить так, как моя героиня? Разве я могла бы сказать такие слова? Или даже так одеться. Нет, никогда. Но мне надо в нее перевоплотиться, буквально «влезть в ее шкуру». Влезть в шкуру, но со своей душой. И из нее, из этой души, лепить другого человека. То есть моя душа становится материалом для создания другого образа. Дух преображается в материю, из которой кроится новый персонаж... Вот это да! Типичное раздвоение личности!»

Воспоминания Галины Львовны Коноваловой отличаются замечательной сердечностью и влюбленностью по отношению к прошедшему времени. Ее воспоминания непритязательны, но искренни и точны.

16 августа 2009 года любимому французскому актеру исполнилось 75 лет. Он часто прячет свое истинное грустное лицо за маской шута. Жерар Депардье в своей книге «Украденные письма» называет его трагиком и сравнивает с князем Мышкиным Достоевского. Да и сам он, отдав столько сил процветанию французской комедии, никогда не считал себя клоуном, понимая комедию как высокий и благородный жанр, возвышающий человека и приносящий ему одну из самых великих радостей — смех. Книга рассказывает о жизни и творческом пути Пьера Ришара, в нее включены воспоминания самого актера «Маленький блондин в большом парке» и его интервью разных лет.

Воспоминания и размышления о жизни и судьбе человека. Книга дополнена стихами автора.

Корней Чуковский — любимый детский писатель, сказочник, автор «Айболита», «Мойдодыра» и «Бармалея» — был поистине знатоком русского языка. «Живой как жизнь» — главная книга Чуковского, посвященная русскому языку, его истории и современной жизни, законам его развития. Нескрываемый и страстный интерес автора к слову как к началу всех начал в сочетании с объективным научным анализом речи — отличительная особенность книги Чуковского, сделавшая ее такой популярной и читаемой в нашей стране. В книге вы найдете огромное количество примеров живой русской речи, узнаете, что такое «канцелярит» и как с ним бороться, «умслопогасы» и «иноплеменные слова» и многое-многое другое...

В романе «Жди меня в Гаване» автор с тонким лиризмом совмещает захватывающий рассказ о жизни главного героя, Матиаса Маркеса, его любовных переживаниях, надеждах и разочарованиях с откровенным анализом кубинской действительности начиная с последнего десятилетия XIX до наших дней. Одно из главных действующих лиц романа — столица Кубы, город Гавана. Истинная жемчужина Карибского моря предстает во всех сложнейших перипетиях своей судьбы, устремленной в свободное будущее.

Книга адресована детям среднего и старшего школьного возраста, а также всем, кто испытывает недостаток знаний об основах финансов. В книге вы найдете забавные истории о деньгах и их современной жизни. Вы узнаете о том, как копить, сберегать, тратить, и куда инвестировать деньги. Вы окажетесь в видимом и невидимом мирах ценных бумаг и финансовой информации. С помощью простых и понятных объяснений, афоризмов, игр и примеров мы расскажем о том, как развивать привычки рационального финансового поведения. Вас ждут необычные тесты и денежные фокусы!

«Палата №» — книга для нас — вечных обитателей Палаты без номера и границ. Врачи, пациенты, печальные ангелы и симпатичные черти, постоянно меняются в ней ролями. От тонких психологических эссе до сюра, – такова стилевая палитра автора. Анна Соловей, как она сама говорит, живет на краю Иерусалимского леса, в доме — одно окно которого выходит прямо в Петербург. Ее первую, очень яркую книгу, имеющую крепкие корни в русской культуре и проросшей в Иерусалиме, выпустило московское издательство Зебра Е.

Великая русская певица Людмила Георгиевна Зыкина олицетворяет собою подлинную славу русской музыкальной культуры. Вся ее ярчайшая творческая жизнь, уникальный талант выдающейся исполнительницы русской песни отданы служению Родине. Людмила Георгиевна стала безусловным знаком эпохи, истинным символом России. В ее репертуаре более двух тысяч песен. Почти все они, вне зависимости от того, кем и когда написаны, навсегда становятся «зыкинскими». Это — лучшее доказательство того, что она в высшей степени народная певица, целиком посвятившая талант своей стране, своему народу. Я — человек сильный. Я считаю, что человек создан Богом для того, чтобы приносить радость другим людям, а когда он творит какие-то гадости, то делает это от слабости и беспомощности. Слабый, не уверенный в себе человек способен в порыве совершить много чего плохого. По-моему, таких людей надо лечить. Никогда не надо злиться. Злость и зависть — это низменные чувства. Сильный человек никогда им не поддастся.

В книгу вошли сказки: «Аленький цветочек» (С. Аксаков), «Зоренька» (Н. Телешов).