Новое издательство

Осенью 1968 года тринадцать студентов и три преподавателя Йельского университета отправились в экспедицию в Лас-Вегас — мировую столицу вульгарности и плохого вкуса, кошмар архитектора того времени — времени строгих и лаконичных архитектурных форм, социальных амбиций и высокой миссии архитектурной профессии. Итоги скромного студенческого исследования были подведены в «Уроках Лас-Вегаса» — книге, которая стала главным манифестом постмодернизма, реабилитировала уродливую и заурядную архитектуру и навсегда изменила представления о красоте и функциональности городского пространства.

Сборник статей и архивных материалов «Регулярная академия учреждена будет…» открывает новые стороны становления системы образования в России в первой половине XVIII века — одного из ключевых процессов в истории петровской модернизации. Публикуемые в книге ранее неизвестные или малодоступные источники различного происхождения — личные, делопроизводственные, законодательные — содержат проекты создания или реформирования образовательных институций, учебные и методические программы, предлагавшиеся академиками, чиновниками, преподавателями и даже авантюристами. Опираясь на эти источники, авторы вошедших в сборник статей показывают, что становление школы западного образца в России в петровскую и послепетровскую эпоху было делом рук не столько государства, сколько административных предпринимателей — «прожектеров», использовавших государственные ресурсы для достижения собственных целей.

Михаил Айзенберг родился в 1948 году в Москве, окончил Московский архитектурный институт. Автор поэтических книг «Указатель имен» (1993), «Пунктуация местности» (1995), «За Красными воротами» (2000), «Другие и прежние вещи» (2000), «В метре от нас» (2004), «Переход на летнее время» (2008), «Рассеянная масса» (2008), «Случайное сходство» (2011) и четырех книг эссеистики. Стихи, собранные в настоящей книге, написаны в 2010-2012 годах.

Чугунная посуда, кухонные электроприборы, современное искусство, антикварная мебель, дешевые джинсы, дорогие туфли и конечно же новый iPhone – мы беспрерывно выбираем и, кажется, точно знаем, что нам нужно. Однако этот выбор – разумеется, сделанный с безупречным вкусом и в высшей степени индивидуальный, – предопределен дизайном самой покупки, тем неявным посланием, которое она сообщает нам о себе, а всему миру – о своем владельце: вещи разговаривают с нами, а мы разговариваем друг с другом – и с собой – с помощью вещей. Краткий словарь этого универсального языка – в новой книге директора лондонского Музея дизайна Деяна Суджича.

»По ту сторону преступления и наказания» — книга, написанная австрийским философом и писателем, бывшим узником Освенцима, Бухенвальда и Берген-Бельзена Жаном Амери в середине 1960-х годов, десятилетии, когда дискуссия о цене Второй мировой войны, вине немцев и моральных последствиях концлагерей оказалась в центре европейской интеллектуальной жизни.

30-е годы XIX века. По Риму ходят в списках сонеты, которые немалая часть читателей считает фольклором. Отказавшись от литературного итальянского языка в пользу римского диалекта, Джузеппе Джоакино Белли дает голос человеку из толпы, отличающемуся зорким глазом и метким словом. Для героев римских сонетов нет запретных тем, они не лезут за словом в карман, их речь отличают яркость, сочность, острота, восприятие ими жизни роднит их с иными гоголевскими персонажами, — недаром автор «Ревизора» первым из европейцев увидел в Белли большого поэта.

Перевод с английского Григория Дашевского. Книга одного из крупнейших политических мыслителей XX века Ханны Арендт «О насилии» — компактный очерк политической теории, написанный по горячим следам студенческих протестов 1968 года. Книга радикально переосмысляет феномен насилия, традиционно считавшегося если не основой власти, то одним из основных способов ее осуществления, — по мнению Арендт, если считать властью легитимную форму господства, присущую любой группе согласованно действующих людей, насилие оказывается ее полной противоположностью — его применение всегда является следствием слабости власти и продолжает ее разрушать.

Общая тема эссе поэта Марии Степановой – ситуация человека перед лицом небытия и способы сопротивления небытию, которые человеку предлагает культура. Пристально рассматривая тексты и судьбы своих героев (в их числе Введенский и Цветаева, Зебальд и Зонтаг, Айзенберг и Шваб), автор исследует два таких способа: поэзию и non-fiction, с разных точек и по разному противостоящие забвению и распаду.

Удивительные, всегда неожиданные, полные маленьких открытий рассказы Михаила Михайловича Пришвина знакомы всем с раннего детства. По ним учились разгадывать тайны природы, учились осознавать себя в этом вечно меняющемся, непосредственном мире его неотъемлемой частью. Ирина Владимировна, родилась 25.04.1954 в Москве. Живописец, работы хранятся в Государственной Третьяковской Галерее, Государственном Русском Музее и еще 30 музеях России и Европы. График, автор иллюстраций к «Доктору Живаго» Пастернака, рассказам Чехова, «Носу» Гоголя (издательство Мичитани, Токио), «Евгению Онегину» Пушкина, издательство Артлибрис, Москва, «Лисичкин Хлеб» Пришвина и «Соловей и Воробей» Вересаева (Новое Издательство, Москва). Лауреат Премии Мастер, 2004.

Вашему вниманию предлагается вольный пересказ стихотворной сказки Софьи Бурениной, приведенный в воспоминаниях Викентия Вересаева.

В книгу вошли документы из архивов ГосТИМа, отразившие сложные коллизии его существования в первой половине 1920-х годов, времени выдающихся взлетов режиссуры Мейерхольда и неоднократно возрождавшейся угрозы фактической ликвидации руководимого им коллектива. Это неизданная в свое время брошюра И.А. Аксенова «Пять лет Театра им. Вс. Мейерхольда» (1926) и дневники театра за 1920-1925 годы. В комментариях систематизированы материалы, раскрывающие непрерывную линию борьбы Мейерхольда за право на самостоятельность творчества и его сопротивление диктату элементарно формулируемых представлений о задачах театрального искусства в пореволюционные годы.

В настоящей книге предпринята попытка проанализировать конкретные проблемные точки государственного регулирования современной российской экономики. Авторы попытались собрать примеры законодательных требований и бюрократической практики, смысл и польза которых неочевидны, а издержки для бизнеса — значительны. Издание не претендует на академичность — скорее это сборник наиболее одиозных казусов, связанных с государственным регулированием, и экспертный комментарий к ним. Книга предназначена для широкого круга читателей; ее цель — привлечь общественное внимание к проблемам ведения бизнеса в сегодняшней России.

Что общего между Мумбаем, Петербургом, Дубаем и Шанхаем? Четыре совершенно разных города в разных концах Земли — но каждый из них стал попыткой своей страны встроиться в западную цивилизацию и создать её форпост на своей территории — «окно в Европу», образ собственного будущего, пригодный и для внешнего, и для внутреннего использования. История движения Востока на Запад через призму городской культуры и городской политики — в бестселлере журналиста Дэниела Брука.

Считается, что глобализация уравнивает возможности жителей разных регионов мира, а благодаря новым технологиям и развитию транспорта уже не так важно, где жить — в центре города, на окраине или в пригороде. Однако место по-прежнему имеет значение, и современная эпоха с ее интенсивной географической мобильностью лишь облегчает его выбор. Как сделать этот выбор, чтобы место жительства соответствовало возрасту, работе, стилю жизни и прочим предпочтениям и потребностям? Инструкции — в новом бестселлере автора теории креативного класса Ричарда Флориды.

Если взглянуть на первые десятки главных международных рейтингов вроде A.T. Kearney, PwC, Mercer, EUI, то можно заметить, что у самых успешных городов есть мастер-план. Почему? Ответ в том числе на этот вопрос было посвящено исследование «Стратегический мастер-план», которое провело КБ «Стрелка» специально для Московского урбанистического форума в 2014 году. Strelka Mаgazine запускает серию материалов о том, какие градостроительные документы были и есть в Москве, как другие города и страны пользуются мастер-планом и почему пришло время его разработать и применять. В первом же материале можно узнать, что такое мастер-план, в чём его принципиальное отличие от генплана и как он может изменить Москву.

Читателю никогда не приходится рассчитывать на то, что поэт напишет собственную автобиографию; в большинстве случаев поэты никогда этого и не делают. Поэту же, по большому счету, никогда не приходится рассчитывать на то, что ему будет предоставлено право представить читателю собственную жизнь так, как сам поэт пожелал бы. Долгосрочный проект Линор Горалик «Частные лица: биографии поэтов, рассказанные ими самими» — это попытка предоставить сегодняшним поэтам свободу рассказать о себе на своих условиях. Нынешний — первый — том «Частных лиц» включает в себя автобиографии тринадцати поэтов — Михаила Айзенберга, Сергея Завьялова, Владимира Гандельсмана, Дмитрия Кузьмина, Александра Бараша, Алексея Цветкова, Веры Павловой, Натальи Горбаневской, Федора Сваровского, Сергея Гандлевского, Александра Скидана, Елены Фанайловой и Бориса Херсонского.

«Нью-Йорк вне себя» Рема Колхаса — одна из самых влиятельных книг об архитектуре и устройстве города, написанных во второй половине XX века. Балансируя между исследованием и прозой, профессиональной аудиторией и не имеющим специальной подготовки читателем, Колхас «задним числом» создал манифест Нью-Йорка, великого города, отменившего традиционные понятия красоты и гармонии и породившего радикально новую культуру и архитектуру. Благодаря «Нью-Йорку вне себя» большой город стал восприниматься как сложнейший живой организм, не всегда покорный воле строящих его и живущих в нем людей, но создающий свои, часто непонятные современникам законы. Не прошло и сорока лет, как легендарная книга Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя» («Delirious New York») добралась до русского читателя. Перед нами исследование по истории Нью-Йорка — не только архитектурной истории, но также культурной и социальной. Колхас рассматривает город как интегральную манифестацию невероятного разнообразия человеческого поведения, читает его как текст, написанный на многих языках сразу. Некоторые хорошо нам знакомы. Другие успели исчезнуть и требуют обстоятельной дешифровки. Автор исследует природу беспрецедентного взрыва, накрывшего Манхэттен в конце XIX века — взрыва демографического, информационного, технологического. «Манхэттен, — пишет Колхас в манифесте-предуведомлении, — Розеттский камень ХХ века. Мало того, что огромную часть его территории занимают архитектурные мутанты (Центральный парк, небоскребы), осколки утопических фантазий (Рокфеллеровский центр, штаб-квартира ООН) или какие-то уж совершенно необъяснимые феномены (музыкальный театр «Радио-сити»). К тому же каждый квартал здесь — это целые напластования фантомной архитектуры: тут и исчезнувшая застройка, и тени бывших владельцев, и неосуществленные проекты, и расхожие представления, в которых фигурирует Нью-Йорк, совсем не похожий на настоящий. Эта книга — толкование именно такого Манхэттена, попытка обнаружить в его, на первый взгляд, разрозненных, и даже противоречивых фрагментах хотя бы какую-то последовательность и закономерность; это интерпретация, стремящаяся представить Манхэттен продуктом некой несформулированной теории манхэттенизма, основная программа которой — существовать в мире, целиком созданном людьми, иначе говоря, жить внутри фантазии — была настолько амбициозна, что реализовать ее можно было только никогда ничего не формулируя в открытую».

Что такое регион, и как эта концепция работает в исторических исследованиях Российской империи и СССР? Что такое Сибирь, и где ее границы? Как соотносятся образы Сибири как поселенческой колонии и неотделимой части национального мифа? Каким образом представители сибирских народов конструируют историческую память о Российской империи и СССР? Эти и другие вопросы исследуются авторами сборника «Регион в истории империи».

Будущее приближается с огромной скоростью, и «умные» машины вот-вот станут естественной частью человеческого – легко уже представить тот день, когда холодильник составит меню обеда, весы запретят добавку, а встроенный в телефон «личный помощник» откажется платить за лишнюю пару обуви. Хочется верить, что искусственный интеллект будет не только помогать человеку, но и не мешать ему, но как этого добиться – зависит только от самого человека. Советы дизайнерам будущего дает бывший вице-президент Apple, профессор Северо-Западного университета Дональд А. Норман.

Чугунная посуда, кухонные электроприборы, современное искусство, антикварная мебель, дешевые джинсы, дорогие туфли и конечно же новый iPhone — мы беспрерывно выбираем и, кажется, точно знаем, что нам нужно. Однако этот выбор — разумеется, сделанный с безупречным вкусом и в высшей степени индивидуальный, — предопределен дизайном самой покупки, тем неявным посланием, которое она сообщает нам о себе, а всему миру — о своем владельце: вещи разговаривают с нами, а мы разговариваем друг с другом — и с собой — с помощью вещей. Краткий словарь этого универсального языка — в новой книге директора лондонского Музея дизайна Деяна Суджича.

Книга Карины Добротворской могла быть написана только девочкой, родившейся в Ленинграде. Ненамного раньше нее в этом же городе родилась и окрепла блокадная мифология, которая поддерживает свойственное его жителям ощущение мученичества и избранности. Как всегда, в этих ощущениях много выдуманного, навязанного, шаблонного. Но для женщины, преодолевшей свою собственную блокаду, отделявшую ее от большого мира, от красоты успеха, карьеры, — тема ленинградского голода раскрывается совсем с другой стороны. Оказывается, что пережитый Ленинградом ужас никуда не делся из ее жизни.

Новая книга Вячеслава Курицына — дневник читателя русской прозы Владимира Набокова, писавшийся в течение двадцати лет в стремлении приблизиться к набоковскому идеалу читателя – перечитывателя. Путеводитель по набоковским книгам и биографии, включая детально изученные маршруты писателя и его героев, десятки открытий и гипотез в сочетании с инвентаризацией большей части всего необъятного набоковедения, но самое главное — радикальная попытка последовательного и многолетнего соотнесения собственного опыта с литературным и биографическим опытом другого автора.

Некоторые города устроены так, что сквозь их ткань просвечивает метафизическая идея, и она прочитывается быстро. Город предлагает ответ на вопрос о смысле жизни. Скажем, Иерусалим. Когда ты в него попадаешь, ты оказываешься в пространстве, которое живет идеей Бога. Живет вполне по-человечески. Или, например, Лондон. Город, который выстроен на идее достоинства частного человека. Там нет площадей для парадов — там парки для частных прогулок, там каждый дворец, министерство, общественное здание стремится быть особняком или клубом, а величие и мощь государства обнаруживается в музейных зданиях. Идея буржуазной свободы растет там на каждой лужайке. Или Рим, или Петербург — ответы на вопросы каждый раз разные, но они есть. Москва в этом смысле — город другой.

Демократы не могут противостоять диктатуре и защищать политическую свободу, если они не способны действенно применять собственную силу. Как это сделать? Отвечающая на этот вопрос книга сотрудника Института Альберта Эйнштейна Джина Шарпа «От диктатуры к демократии», сыграла большую роль в свержении авторитарных режимов Сербии, Грузии, Украины и других стран и на сегодняшний день стала классическим руководством по тактике и стратегии ненасильственного политического сопротивления. Она актуальна всюду, где власть ведет наступление на свободы и права человека и подминает под себя демократические институты.