Водолей

Дмитрий Раскин — писатель, поэт, драматург, работающий на стыке литературы и философии. В книгу вошли три фантастические повести — три напряженных, захватывающих сюжета, объединенных философской и нравственной проблематикой. Герои произведений Раскина борются со страстями и фобиями, перерастают свои мечты и надежды, свое понимание Добра и Смысла, собственные проекты рая. Ситуации, в которых они оказываются — будь то встреча с внеземным разумом, исследование открытых ими миров или же фантасмагорические игры в Чехии, — заставляют их всматриваться в глубину бытия и в самих себя пристально и беспощадно, и не всем им удается выдержать это напряжение. Повести построены на сочетании фантастической интриги, философской притчи, жесткого психологизма.

Анна Мазурова — москвичка, с 1991 года проживающая в США; переводчик-синхронист. Соответственно и роман являет собой историю толмача, сюжетом и формой уже выделившуюся в последние годы в отдельный жанр. Однако в романе речь идёт не об узкопрофессиональной деятельности и даже не о попытке наладить жизнь как переливание меж сообщающимися сосудами двух разных культур. Перевод с языка на язык оказывается в нём метафорой социальной и творческой реализации: как «перевести» себя на общедоступный язык общества, как вообще «перевести» нематериальный замысел в план реального, и как человеку — любому, не обязательно переводчику, — усиливающему и транслирующему общие мнения через микрофон своей частной и профессиональной жизни, сделаться хотя бы ответственным микрофоном.

Елена Тахо-Годи — филолог, поэт, прозаик; лауреат премий журналов «Звезда» и «Юность», премии «Серебряный век», номинант премии «Ясная Поляна» и «длинного списка» премии «Московский счет». В книгу вошли четыре новеллы о любви — как публиковавшиеся в журнале «Звезда», так и печатающиеся впервые. Героини этих новелл ищут и не находят ответа на вечные психологические вопросы: почему надежды на счастье оборачиваются разочарованием, дружба — предательством, любовь — изменой или обманом, встреча — разлукой и одиночеством.

Николай Александрович Щеголев (1910-1975) — один из наиболее ярких поэтов восточной ветви русской эмиграции первой волны, активный участник поэтических студий «Молодая Чураевка» (Харбин) и «Пятница» (Шанхай), талантливый критик. Щеголев не заботился о сохранении своего поэтического наследия, а по возвращении в 1947 г. в СССР и вовсе отошел от активной творческой деятельности. Настоящее издание с максимальной на сегодняшний день полнотой представляет творчество Щеголева — стихотворения, прозу и статьи на литературные темы.

Великого Джакомо Леопарди (1798-1837) Шопенгауэр назвал «поэтом мировой скорби». Жизнь Леопарди оборвалась рано, и поэтическое наследие его невелико: один сборник стихов Canti (Песни). И притом в итальянской литературе он по праву стоит рядом с Данте и Петраркой. В России наиболее известны переводы А. Ахматовой и А. Наймана. В книгу переводов Т. Стамовой вошли избранные стихотворения поэта и эссе, посвященное литературным мистификациям Леопарди.

Болеслав Лесьмян (1877-1937) — великий, а для многих ценителей — величайший польский поэт, в чьем творчестве утонченный интеллектуализм соединяется с почти первобытной стихийностью чувства. Книга включает как ранее публиковавшиеся, так и новые переводы Г. Зельдовича и представляет итог его более чем пятнадцатилетней работы.

Французский писатель-оккультист, основатель Католического Ордена Розы-и-Креста Жозеф(ен) Пеладан (1858-1918) появлялся на публике в тунике венецианского дожа, называл себя Саром (Волшебником) и неизменно оказывался центральным персонажем собственных «литературных фантазий». Пеладан хорошо известен исследователям европейского эзотеризма, читателям — почти незнаком. Роман «Любопытная» — вторая книга его 21-томной эротико-идеалистическая эпопеи «Закат латинского мира». На русский язык книга переведена впервые.

В книгу вошли ранее публиковавшиеся, исправленные и дополненные, но главным образом новые работы автора, представляющие более полно и во многом по-новому жизненный и творческий путь талантливого русского поэта Вадима Шершеневича (1893-1942). Они сведены в самостоятельные тематические разделы как исторической, так и литературоведческой направленности, не всегда, однако, тесно связанные с основным действующим лицом книги. Центральное место занимают те из них, в которых прослеживаются творческие и сотруднические взаимоотношения Шершеневича с Маяковским (в эпоху становления русского футуризма) и Есениным (в период возникновения и развития имажинизма). Использование в книге обширного материала печатных и архивных источников, включая авторские архивные разыскания, позволило охватить перипетии сложных отношений поэта с властью, МЧК и НКВД, литературными противниками и просто коллегами по профессии. Анализ многих стихотворений Шершеневича проведен через призму не только литературных, но и, что принципиально важно, биографических и исторических обстоятельств. Подобный способ разбора первых, символистских сборников Шершеневича позволил выявить доселе скрытые детали биографического подтекста — первую любовь поэта и вместе с тем мучительное обретение счастья с другой возлюбленной; будучи положенным в основу интерпретации стихов знаменитой книги поэта «Лошадь как лошадь», такой подход сделал возможным иное ее прочтение — как бы глазами современников Шершеневича. Ряд разделов посвящен другим сторонам его творчества: критике, переводческой деятельности, драматургии. Библиография в заключительном разделе, помимо ее несомненной практической ценности, отражает явное угасание (не по вине поэта) творческого самовыражения Шершеневича с начала 1930-х годов. Заключают книгу три приложения, которые (особенно последнее) служат немаловажным дополнением к характеристике не только личности самого поэта, но и эпохи. Издание приурочено к 120-летию со дня рождения В.Г. Шершеневича.

Книга посвящена творчеству великого русского философа XX столетия А.Ф. Лосева (1893-1988). Современные исследователи из многих стран — России, Германии, Канады, Польши, Сербии, США — анализируют лосевское наследие с разных точек зрения: как философа, эстетика, логика, культуролога, филолога-классика, лингвиста, математика, музыковеда и беллетриста. В сборник вошли архивные материалы, в том числе тексты самого А.Ф. Лосева, а также переводы на русский язык посвященных ему статей, опубликованных во второй половине 1920-х годов в малодоступных зарубежных изданиях.

Книга Владимира Хачатурова посвящена событиям конца прошлого столетия, когда столкновения в Нагорном Карабахе повлекли за собой обострение межнационального конфликта внутри обеих республик и привели к изгнанию как армян, проживающих исстари на территории Азербайджана, так и азербайджанского населения Армении. Автор, уроженец Баку, стал свидетелем и участником описанных событий. Важной частью повествования являются размышления об истории армяно-азербайджанского конфликта. Читатель найдет в тексте множество ярких бытовых деталей, описывающих безвозвратно ушедшую в прошлое жизнь многонационального города. В свете нынешних политический событий это живое свидетельство приобретает новую актуальность, подтверждая высказанную автором мысль: «Нет ничего нового под солнцем, кроме людей, желающих верить, что на этот раз будет иначе».

Юлия Немировская — поэт, прозаик, литературовед. Окончила филологический факультет МГУ (1984), там же защитила кандидатскую диссертацию (1990). С 1991 года живет в США; преподает в Орегонском университете. В 1980-е гг. входила в группу поэтов «новой волны», была участницей московского семинара К. Ковальджи и членом клуба «Поэзия». Стихи, проза, статьи и книги публиковались в «Литературной газете», в журналах «Юность», «Знамя», «Русская речь», «Окно», «Воздух», в издательстве McGraw-Hill и др., переводились на французский и английский языки. Первая книга стихов, «Моя книжечка», вышла в 1998 г. Во «Вторую книжечку» вошли стихотворения последних лет.

Забытый ещё при жизни, Фридрих Гёльдерлин (1770-1843) через полвека заново открылся новым поэтическим поколениям. «Он, как молния, разорвал небо и явил нам потрясающие отражения. Он омолаживает язык и тем самым омолаживает душу», — писал о нём основоположник немецкого символизма Стефан Георге. Своим учителем его называли Райнер Мария Рильке и Пауль Целан; о нём, певце Эллады, создателе знаменитого романа «Гиперион» и проникновенном лирике, М. Цветаева сказала: «Шел назад, а смотрел вперёд». В настоящем издании представлены избранные произведения Гёльдерлина от самых ранних до самых поздних; впервые публикуются стихи и наброски, написанные в «годы безумия». Многие вещи переведены на русский язык впервые.

Итак, журнал поэзии «Плавучий мост» продолжает своё плавание. В новом его выпуске, помимо произведений поэтических, вниманию читателей предлагается и литературно-критический материал, дающий возможность более углублённого знакомства с творчеством отдельных авторов. Поэтому и публикуется он в связке с авторскими подборками стихотворений.

К счастью или к сожалению, в нашей жизни всегда есть место конфликту. Как правильно из него выйти, как справиться с жизненными трудностями, при этом не потеряв себя, не уронив собственного достоинства? Елена Ронина ищет ответы на нелегкие вопросы, возникающие ежеминутно, и ее рассказы возвращают уверенность: жизнь продолжается и всё у нас непременно получится! В книгу также вошла новая повесть Е. Рониной «Попутчик». Нелегко складываются взаимоотношении матери и дочери. Мать — известная оперная певица — занята собой, собственной карьерой, ей не до бытовых проблем. А подростку Нике нужна просто мама. В поезде случайный попутчик помогает девочке и маме шагнуть навстречу друг другу, но в жизни их ждут новые испытания.

Каждый из нас невидимыми нитями связан с местом, где родился и прожил многие годы. Обрывая эти нити, можно поменять судьбу, но можно ненароком сломать собственную жизнь. В романе Елены Рониной три сюжетных линии, три главных героя. Алексей эмигрирует в Германию; Александр меняет жизнь провинциального городка на суматошную, московскую; Зоя, на старости лет, продает свой дом и переезжает жить к детям. Автор показывает их судьбы на протяжении долгих лет. Отношения отцов и детей, мужчины и женщины, бизнес в России и в Германии, эмиграция как она есть со всеми сложностями и трудностями — основные темы этой книги.

Дмитрий Петрович Шестаков (1869-1937) при жизни был известен как филолог-классик, переводчик и критик, хотя его первые поэтические опыты одобрил А.А. Фет. В книге с возможной полнотой собрано его оригинальное поэтическое наследие, включая наиболее значительную часть — стихотворения 1925-1934 гг., опубликованные лишь через много десятилетий после смерти автора. В основу издания легли материалы из РГБ и РГАЛИ. Около 200 стихотворений печатаются впервые.

Иногда очень хочется перемен. Особенно, когда тебе почти сорок, а дома — только кошка Эсмеральда. И какое тут имеет значение, что ты — замечательный врач и справишься с любой проблемой? Раз ни мужа, ни детей, — значит, неудачница. Получается, самое время Катерине Мельниковой вплотную заняться собственной судьбой. И где же врачу искать ее, как не в любимой клинике? Оказывается, там ее окружают о-очень интересные мужчины. В тот день, среди обычной суеты, Катю подстерегала встреча с одним из них, имевшая совершенно непредсказуемые последствия.

Героиня нового романа Елены Рониной живет в маленьком провинциальном городке. Вся ее жизнь посвящена дочери: Надя талантлива, педагоги прочат ей прекрасное музыкальное будущее. Она просто обязана учиться в Московской консерватории, но Надя никогда не поменяет жизнь с любимым человеком на Москву и музыкальную карьеру. Она дает маме слово, что в консерваторию непременно поступит ее дочь Гуля. Только еще никто не знает, что Гуля родилась глухой и ей предначертана совсем другая судьба. Это книга о том, как часто мы не слышим друг друга. Родители не стремятся услышать и понять своих детей, дети не желают слышать и слушаться родителей. Мы не слышим друзей и родных, не сопереживаем своим близким и просто знакомым. Давайте же слушать друг друга!

Лоэнгрин — псевдоним живущего во Львове русского поэта Валентина Заутера. Об авторе известно не много. «Любовью покалеченный и Бахом», — так он отвечает на просьбу рассказать что-нибудь о себе. Стихи Заутера автобиографичны. В книге они расположены в хронологическом порядке с «года две тысячи позабытого» и вполне могут рассматриваться как лирический дневник. Дневник воспоминаний, без начала и без конца, где в череде холодных дней неустанно воспевается любовь. В открывающемся читателю мире переживаний Лоэнгрина в замысловатые узоры сплетаются счастье и мука, отражения и сны, архитектура и богословие, люди и фрески, музыка, безумие, тишина и мечты.

Александра Камышова — писатель, художник, дизайнер. Училась в Школе акварели С. Андрияки; окончила Московский Архитектурный институт. Живет в Москве. Герои повести — новорожденный Гоша и его полуторагодовалый брат Славик — уже встречались прежде, в прошлой жизни. Только тогда они жили в Англии и один был аристократом, а другой — его преданным слугой. У каждого из них за плечами богатый жизненный опыт; эти мудрецы в детских телах знают, для чего каждый из нас приходит на Землю, но им никак не удается передать свои знания окружающим их взрослым, ведь малыши — заложники своего возраста.

Проза Елены Рониной — это женский взгляд на жизнь. В ней есть любовь и ее ожидание, понятия о приличиях и манерах, есть гармония и непростой путь к ней. Героини Е. Рониной умны, чувственны, доброжелательны. Ее рассказы объединяет основная идея: главное в нашей жизни — семья, и нужно уметь выстраивать отношения между мужчиной и женщиной, мужем и женой, родителями и детьми. Счастье семейной жизни в наших руках, — оно зависит только от нас самих.

В Черногорию в гости к бывшей балерине, 70-летней Ольге, приезжает старинная подруга Ядвига. Женщины познакомились еще в детстве; обе танцевали в Большом театре. Весь долгий день подруги вспоминают свою жизнь. У Ольги она спокойная, размеренная; у Ядвиги, напротив, бурная, драматичная. О том, что нужно стремиться быть честным перед самим собой, не забывать добро, не предавать друзей, с терпением принимать сложность характера близкого человека, старательно выстраивать отношения с детьми, — повествует книга Елены Рониной.

Известная поговорка гласит: «обещанного — три года ждут». Вопреки ее оптимизму, Никите Цветову потребовалось более 30 лет, чтобы собрать написанное в книгу. Читатель с «упоминательной клавиатурой», простирающейся хронологически от античности до М. Брода или географически от «Басе, Сайге, Акутагавы» до Игоря Северянина и Вертинского; сын разведчика, математик, программист; ценитель женской красоты и друг своих друзей, Н. Цветков прежде всего — человек во времени, бережно сохраняющий в памяти его нюансы, оттенки, подробности и скрупулезно фиксирующий их в стихах, полных то мягкой иронии, то светлой стоической грусти.

«Плавучий мост» — журнал, появление которого стало возможным лишь в XXI веке. Традиция распределять литературы одного языка строго по странам, где они создаются, возникла в прошлом веке в периоды образования новых государств в результате распада колониальных и многонациональных империй. В 70-80-е годы мне как издателю и переводчику поэзии с немецкого на русский также пришлось отдать дань этой традиции, помещая немецкую поэзию и прозу в отдельные «лузы» — западно-германскую, восточно-германскую, австрийскую, швейцарскую, люксембургскую, существовала литература немецкой Румынии, даже отдельно — Западного Берлина. Где-то впереди маячило издание поэтов Лихтенштейна и немецкой Бельгии. Считалось, что привязанность к месту, к малой родине, проживание в рамках отдельного государства оказывает влияние на образование особой литературной общности, в советском литературоведении подобные деления имели к тому же еще и серьезный политический аспект. Часто, правда, попытки идеологически воздействовать на живые процессы литературы, на ее глубинное естество, пытаться формировать ее с позиций текущей политики или геополитики давали осечку, заканчивались откровенной неудачей, а порой превращались и в фарс. На одном из поэтических вечеров, на пике особенно интенсивного послевоенного внедрения в сознание читателей различия между австрийской и немецкой культурой, поэта Ханса Карла Артманна, писавшего на венском пролетарском диалекте, спросили: «А Вы поэт австрийский или немецкий?». «Конечно, немецкий, я же пишу по-немецки», — ответил Артманн, повергнув так называемых «австристов» в полный шок, так как более характерного австрийского автора представить себе невозможно.