Классика-XXI

Ни гармонии, ни формы, ни музыки — ничего нет! Драконы какие-то!.. Это какое-то шествие слонов!.. Прокофьев — это несомненный талант, а пишет… черт знает что! Константин Лядов. Образ каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о них сотен или тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из великого множества маленьких квадратиков — пикселей. Отсюда и название серии — «Классика в квадрате». Из сотен тщательно отобранных изречений о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают необычные литературные портреты. Кто-то оценит остроумие составителей, кто-то драматизм концепции... А мы всего лишь пытались найти ответ на вопрос — какой может быть современная книга о музыке? Книга XXI века…

Ни о чем [я] так не мечтаю, как считаться чем-то вроде улучшенного Чайковского — ради Бога: чуть-чуть улучшенного, — но это и все. Арнольд Шёнберг. Образ каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о них сотен или тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из великого множества маленьких квадратиков — пикселей. Отсюда и название серии — «Классика в квадрате». Из сотен тщательно отобранных изречений о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают необычные литературные портреты. Кто-то оценит остроумие составителей, кто-то драматизм концепции... А мы всего лишь пытались найти ответ на вопрос — какой может быть современная книга о музыке? Книга XXI века…

Оценить правильно меня смог бы только лев. Если бы он съел меня, то сказал: «Старик был жестковат, но со вкусом». Игорь Стравинский. Образ каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о них сотен или тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из великого множества маленьких квадратиков — пикселей. Отсюда и название серии — «Классика в квадрате». Из сотен тщательно отобранных изречений о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают необычные литературные портреты. Кто-то оценит остроумие составителей, кто-то драматизм концепции... А мы всего лишь пытались найти ответ на вопрос — какой может быть современная книга о музыке? Книга XXI века…

Сборник воспоминаний и статей посвящен В.В. Софроницкому — одной из ключевых фигур отечественной пианистической школы. Понять, в чем секрет гипнотического воздействия Софроницкого на публику, непросто. Публикуемые в книге свидетельства современников — коллег и учеников, — уникальные эпистолярные документы позволяют хотя бы отчасти проникнуть в тайну артистического обаяния этого пианиста-легенды. Большая часть материалов публикуется впервые; многое написано специально для этого издания.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта — «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта — «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Портрет каждого из гениев складывается, в конечном итоге, из мнений о нем тысяч других людей, равно как фотоизображение состоит из маленьких квадратиков-пикселей. Отсюда и название проекта «Композиторы в квадрате»... Из сотен тщательно отобранных афоризмов о жизни и творчестве композиторов, словно из квадратиков-пикселей, возникают их необычные литературные портреты.

Почему игру Святослава Рихтера невозможно спутать с игрой Эмиля Гилельса? Где заканчивается виртуозность в высоком смысле этого слова и начинается «виртуозничество»? Как рождается исполнительская индивидуальность пианиста? На эти и другие жизненно важные для любого музыканта вопросы ответит эта книга, адресованная исполнителям, педагогам, а также всем, кого интересуют проблемы фортепианного искусства.

В настоящее издание включены «Колокола» — одно из величайших произведений С.В. Рахманинова. Литературный текст: Жанна Панова. Перевод: Константин Бальмонт.

В настоящее издание включен «Реквием» — одно из величайших произведений Дж. Верди. Литературный текст: Татьяна Попова. Перевод: Римма Поспелова.

В настоящее издание включен «Реквием» — одно из величайших произведений В.А. Моцарта. Литературный текст: Павел Луцкер. Перевод: Римма Поспелова.

В настоящее издание включены «Страсти по Иоанну» — одно из величайших произведений Иоганна Себастьяна Баха (1685-1750). Перевод, литературный текст: Михаил Сапонов.

С незапамятных времен альтисты являются «притчей во языцех» среди оркестрантов вообще и исполнителей-струнников в частности. Их недостатки — медлительность, тугодумие, а зачастую даже отсутствие профессионализма — высмеивали все, кому только не лень: начиная от музыкальных критиков и дирижеров и заканчивая духовиками и ударниками. Чем альтисты заслужили столь неприглядную репутацию? Справедлива ли она? Или же это — один из тех «ярлыков», которые совершенно незаслуженно раз и навсегда «приклеиваются» к человеку и от которых практически невозможно избавиться? А если это действительно «штамп», то когда, как и — самое главное — почему он возник? Ведь, как известно, в каждой шутке есть только доля шутки... В этой книге собраны яркие, остроумные истории об альтистах. Быть может, прочитав их, каждый из вас найдет для себя ответы на эти вопросы. Составитель: Файнберг Наталья.

В «круглом столе» по проблемам исполнения музыки импрессионистов принимают участие не только наши современники-музыковеды. О своём общении с великими мастерами говорят музыканты прошлого, которым посчастливилось жить в одно время с Дебюсси и Равелем. Через их живую речь читатель сможет погрузиться в атмосферу ушедшей эпохи и, что самое важное, получить исполнительские рекомендации от самих композиторов. Каковы литературные прообразы знаменитых сочинений Равеля? Чего требовал Равель от исполнителей своих произведений? Как сочинял музыку Дебюсси и что означают привычные названия его Прелюдий? Какой подтекст скрывается за его подробнейшими композиторскими ремарками, как следует понимать и выполнять авторские темповые и агогические указания? Ответы на многие вопросы, возникающие при знакомстве с музыкой импрессионистов, содержатся в статьях сборника. Многие материалы публикуются впервые.

Мария Вениаминовна Юдина… В ней сочетались парадоксальность мышления и резкость суждений, энергия неутомимой подвижницы и просветителя, поистине фанатичная верность своему пути в искусстве и столь же сильная преданность «русской» вере, позволявшие ей в открытую выступать против сильных мира сего. Еще в начале 70-х годов автор настоящей книги начал фиксировать то, что говорили о великой пианистке самые разные люди: друзья детства и члены семьи, коллеги и ученики, литераторы и ученые, лица духовного звания и многие другие. Те, кто прошел с ней большую часть жизни, и те, кого жизнь с Марией Юдиной столкнула лишь однажды... Эти высказывания – не только методично записанные на пленку, но и оброненные в телефонных разговорах и при случайных встречах с автором, за более чем 30 лет превратились в огромный архив, а теперь легли в основу этой уникальной книги мемуаров.

Современный предмет сольфеджио — это целая система развития музыкальных способностей детей, включающая в себя воспитание интонационно-ладового слуха, чувства метроритма, приобретение навыков сольфеджирования, а также умения осознанно и грамотно анализировать музыку на слух и по нотам. В пособии широко представлены творческие формы работы: досочинение ритма или мелодии, сочинение второго предложения модулирующего периода, мелодии на заданный ритм, импровизация мелодий в различных ладах, подбор аккомпанемента, досочинение интервальной или аккордовой последовательности и т.д. Настоящее пособие предназначено для учащихся старших классов ДМШ и ДШИ.

Главный герой первой книги из серии «Легенды и бренды классической музыки» — Моцарт. Созданное им подобно целому миру, путешествие по которому может стать не только увлекательным. Семнадцать маршрутов, разработанных Левоном Акопяном, ряд неожиданных и парадоксальных туров в город «по имени Моцарт» — доставят удовольствие и романтическим натурам, и любителям экстрима. Музыка великого австрийца, звучащая на компакт-диске, позволит услышать, как исполняют Моцарта сегодня.

Знаменитая, давно уже ставшая библиографической редкостью «Авто­биография» Сергея Прокофьева возвращается к отечественному читателю обновленной — в ней раскрыты все купюры, осуществленные в предыдущих изданиях советского периода. В «Автобиографии» подробно описаны детские и юношеские годы композитора, а дальнейшее повествование продолжено автором в другой книге — легендарных Дневниках. Вместе они составляют своеобразную «дилогию», по своим литературным качествам вполне способную соперничать с музыкальным творчеством великого мастера. Настоящее издание сопровождено компакт-диском «Прокофьев играет Прокофьева», на котором маэстро предстает в своей третьей — исполнительской — ипостаси.

В отечественном музыкальном образовании принято считать, что классическая музыка Европы и России — едва ли не единственная, которую стоит слушать и которой надо учить. Книга Петера Хамеля кардинальным образом меняет эти представления. На поверку профессиональная традиция оказывается лишь бесконечно малой частью огромной музыкальной вселенной — Мировой музыки. World Music практически безгранична, объединяя в себе эзотерические музыкальные практики Востока, авангард, поставангард и массовые музыкальные стили ХХ века. Любая из этих «музык» способна решить свою главную — на взгляд Хамеля — задачу: стать инструментом расширения и трансформации сознания, способом познания себя, иными словами — духовной практикой. «Через музыку к себе» Хамель уже много лет ведет своих учеников-тинейджеров. Поэтому его книга — не абстрактные рассуждения на тему, а практическое руководство для тех, кто хочет не только приобщиться к принципиально иным взглядам на музыку, но и овладеть основами мантрической техники, дыхательной терапии йоги и музыкального аутотренинга. На русском языке публикуется впервые.

Вере Харитоновне Разумовской, ученице знаменитых Генриха Нейгауза и Леонида Николаева, казалось, была уготована блестящая пианистическая карьера. Получив в 1930-е годы престижную 2-ю премию на Первом Всесоюзном конкурсе (впереди оказался только Гилельс!) и диплом на Шопеновском, можно было рассчитывать на блестящее артистическое будущее, если бы... не место и время. Пора ее музыкантской зрелости прошла в Ленинграде, прежде имперской столице, а в первые советские десятилетия — городе, постепенно терявшем свою былую славу культурного центра страны. Случайные концерты, война и эвакуация, неизбывный коммунальный быт, слабое здоровье... Такие обстоятельства могли и сломить. Разумовская изредка выступает, и с огромным успехом, — концертные записи, с которыми мы знакомим читателей, впечатляют! Однако реализует себя главным образом в педагогической деятельности — более 40 лет ведет класс фортепиано в Ленинградской консерватории. И ведет его блестяще. О том на страницах этого сборника свидетельствуют ее ученики.

Положа руку на сердце, сознаемся — творчество Рихарда Вагнера даже профессионалы знают весьма поверхностно. А зря: эпоха обязывает! Фанаты «Гарри Поттера», «Матрицы», «Властелина колец» и другой голливудской продукции порой даже не догадываются, сколь многим современная культура обязана великому немецкому мифотворцу. Удивление гарантировано даже искушенному читателю. Маршруты, разработанные для путеводителя Мариной Раку, ведут совсем нехоженными тропами, но так или иначе отвечают на вопрос, почему композитор, писавший утомительно громкие и самые длинные оперы в мире, продолжает оставаться поистине культовой фигурой для всех поколений. Компакт-диск, сопровождающий читателя-меломана в его прогулке по Вагнеру, содержит уникальные аудиоматериалы, среди которых — фрагмент оперы-мистерии «Парсифаль», записанный в 1913 году под управлением сына композитора, Зигфрида Вагнера.