Литература русского зарубежья

«Окаянные дни» — одна из самых яростных и непримиримых книг о событиях 17-го года. Никто не вправе требовать беспристрастности от Бунина: трещина, расколовшая мир, прошла и через его сердце.

»Камера обскура» (1931, опубл. 1932-1933) — пятый русский роман Владимира Набокова и второй из трех его романов на «немецкую» тему. Берлинский искусствовед Бруно Кречмар, увлекшись бездарной шестнадцатилетней актриской Магдой Петере, тайной любовницей художника Роберта Горна, бросает семью и вовлекается в глумливый околоартистический круг, не подозревая, что последствия этой пошлой интрижки окажутся для него роковыми. Расхожее выражение «любовь слепа» реализуется у Набокова в форме криминального сюжета о страсти, измене, ревности и мести, а физическая слепота, поражающая героя в финале, становится наказанием за духовную слепоту, за искаженное видение мира, за измену доброте, человечности и истинной красоте. Самый кинематографический, по мнению критиков, роман Набокова впоследствии был радикально переработан автором для англоязычного издания, озаглавленного «Смех в темноте» (1938).

Дина Рубина совершила невозможное — соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла — в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности? — эта глубокая и многомерная метафора повернута автором самыми разными гранями, не снисходя до прямолинейных аналогий. Мастерство же литературной «живописи» Рубиной, пейзажной и портретной, как всегда — на высоте: словно ешь ломтями душистый вкусный воздух и задыхаешься от наслаждения.

В издание включены романы А.Б. Мариенгофа «Циники» и «Бритый человек». Впервые опубликованные за границей, в берлинском издательстве «Петрополис» («Циники» — в 1928 г., «Бритый человек» — в 1930 г.), в Советской России произведения Мариенгофа были признаны «антиобщественными». На долгие годы его имя «выпало» из литературного процесса. Возможность прочесть роман «Циники» открылась русским читателям лишь в 1988 году, «Бритый человек» впервые был издан в России в 1991-м. В 1991 году по мотивам романа «Циники» снял фильм Дмитрий Месхиев. Сегодня уже ни у кого не вызывает сомнения, что творческое наследие Мариенгофа, как и Платонова, Пильняка, Замятина, — это классика XX века.

Вниманию читателя предлагается первый и наиболее автобиографичный роман всемирно известного русско-американского писателя, одного из крупнейших прозаиков XX века, автора знаменитой «Лолиты» Владимира Набокова. «Машенька» (1926) — книга о «странностях воспоминанья», о прихотливом переплетении жизненных узоров прошлого и настоящего, о «восхитительном событии» воскрешения главным героем — живущим в Берлине русским эмигрантом Львом Ганиным — истории своей первой любви. Роман, действие которого охватывает всего шесть дней и в котором совсем немного персонажей, обретает эмоциональную пронзительность и смысловую глубину благодаря страстной силе ганинской (и авторской) памяти, верной иррациональным мгновениям прошлого.

Своими городами Александр Генис считает Ригу, где он вырос, и Нью-Йорк, где он с 1977 года живет и работает – в газете (“Новый американец”), на «Радио Свобода», а главное – в кабинете. Поделив жизнь между письменным (“Довлатов и окрестности”) и обеденным (“Колобок”) столом, между Старым (“6 пальцев”) и Новым (“Американская азбука”) Светом, между Востоком (“Билет в Китай”) и Западом (“Странник”), между литературой (“Иван Петрович умер”) и искусством (“Фантики”), Генис в своих книгах упорно поднимает литературу нон-фикшн до той вершины, где она становится литературой просто, отвоевывая себе особое место. Читать Гениса легко, но лучше дважды. Написанные со страстью и юмором “Уроки чтения” служат детальной инструкцией по извлечению наслаждения из книг. Все 35 уроков литературного гедонизма наглядны, увлекательны и полезны. Освоив их, каждый окончит школу чтения, которое, по твердому убеждению Гениса, сулит “общедоступное ежедневное счастье – для всех и даром”.

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных русских писателей конца XX века. Он родился в Ленинграде, но его книги впервые были изданы в Америке, где Довлатов жил с 1979 года. Русские читатели смогли познакомиться с ними только в начале 1990-х годов. Сегодня трудно представить, с каким досадным опозданием пришла к писателю настоящая известность, — настолько органично его произведения вошли в нашу жизнь. «Заповедник», «Иностранка», «Наши», «Чемодан», «Лишний» — эти и другие повести и рассказы, написанные в фирменной довлатовской манере, соединяющей юмор с драмой, легкость бытия с тяжестью повседневности, теперь изучаются в школе и вузах. За двадцать лет переизданий простодушный рассказчик превратился в классика и последнего культурного героя советской эпохи.

Созданный Губерманом и Окунем «Путеводитель по стране сионских мудрецов» — книга во всех отношениях необыкновенная. Это не навязчивый туристический буклет, по которому можно методично пересечь Израиль вдоль и поперек, но — литературно-художественный пассаж, по которому, даже ни разу не съездив в Израиль, можно узнать о нем все — и даже больше.

Роман Дины Рубиной «Почерк Леонардо» — по признанию критиков лучшее ее произведение. В нем мистическая тема, которая так любима автором, достигает апогея. Главная героиня — Анна, женщина, обладающая феноменальным даром видеть судьбы людей. Ей покорилось время, она видит прошлое и будущее. Когда-то тень ее матери растворилась в зеркале, и с тех пор судьбы близких людей отражаются в зеркалах в голове Анны. Однако она отвергает свой дар, потому что больше всего ей хочется проникнуть за поверхность зеркал, раскрывающих перед ней изнанку реальности.

Роман Дины Рубиной – новость во всех смыслах этого слова: неожиданный виртуозный кульбит «под куполом литературы», абсолютное преображение стиля писателя, его привычной интонации и круга тем. Причудливы судьбы героев романа, в «высоковольтном» сюжете переплелись любовь и преступления, талант и страсть, способная уничтожить личность или вознести к вершинам творчества. Откройте этот роман – и вас не отпустит поистине вавилонское столпотворение типов: городские безумцы и алкаши, русские дворяне, ссыльные и отбывшие срок зеки, «белые колонизаторы» и «охотники за гашишем»…

В книге представлена широкая картина русской художественной культуры — картина тревожная, отражающая кризис духовных основ и непримиримую борьбу течений внутри русской интеллигенции. Взгляд Гиппиус не знает авторитетов, ее перо не щадит никого, и прежде всего литературных оппонентов.

»…Я ведь двигался по жизни, перемещаясь не только во времени и пространстве. Странствуя по миру, я довольно много посмотрел — не менее, быть может, чем Дарвин, видавший виды. Так и родилось название. Внезапно очень захотелось написать что-нибудь вязкое, медлительное и раздумчивое, с настырной искренностью рассказать о своих мелких душевных шевелениях, вывернуть личность наизнанку и слегка ее проветрить. Ибо давно пора…»

В книгу произведений известного русского писателя Гайто (Георгия Ивановича) Газданова, проведшего большую часть жизни на чужбине, включены его лучшие романы: «Вечер у Клэр» (1929), «Призрак Александра Вольфа», отмеченные печатью автобиографичности, роман «Возвращение Будды» (1948) с его почти детективной интригой вокруг убийства нищего русского эмигранта и исчезновения золотой статуэтки Будды, а также избранные рассказы.

В книгу включены два романа русско-американского писателя Владимира Набокова, созданные в «послесиринский», англоязычный период его творчества. В «Истинной жизни Себастьяна Найта» (1941) рассказчик, поименованный инициалом В., в попытках сочинить биографию своего сводного брата, покойного писателя, попадает в Зазеркалье художественного вымысла, заставляющее усомниться и в личности биографа, и в смерти заглавного героя. В романе «Просвечивающие предметы» (1972) герой-повествователь, сотрудник издательской фирмы Хью Персон, обладающий способностью «проницать» прошлое, оказывается действующим лицом произведений некоего писателя R. (пародийного двойника Владимира Набокова), корректором которых он является. Разделенные тремя десятилетиями, «Истинная жизнь Себастьяна Найта» и «Просвечивающие предметы» связаны друг с другом темой литературного творчества и двойственным, обманчиво-ускользающим устройством авторской художественной Вселенной.

Игорь Губерман пишет, как живет – в режиме быстрой смены впечатлений. Поэтому тут и проза, и стихи, и публицистические очерки, и юморески. О чем эта книга? О Жириновском (этом Акакии Акакиевиче русской демократии), о Михаиле Чехове и литературных неграх из Тарусы, о евреях и гомосексуалистах, «захвативших власть на планете», о самиздате и даже о Владимире Ульянове-Ленине... Нет такого предмета, человека или явления, которого Губерман не коснулся бы в своих записках и который бы не преобразился под его пристальным взглядом сатирика и лирика.

Знаменитый роман-антиутопия, наделавший шуму в Советском Союзе. Виталий Карцев чудесным образом путешествует во времени и оказывается в Москве будущего – странном городе МОСКОРЕПе. Город обнесен высокой проволочной стеной, люди в нем похожи на роботов, а правит всем Гениалиссимус, на поверку оказавшийся давним другом Карцева из прошлого Лешкой Букашевым. Диктатора мечтает свергнуть писатель в изгнании Карнавалов, в котором угадываются черты Солженицына. Фантазия и реальность смешиваются в романе Войновича во взрывной пропорции и создают портрет эпохи, равного которому нет!

Что сделать «нежно»? Отнюдь не то, о чем вы подумаете в первую очередь, беря в руки эту книгу! Нежно взрослый мир наказывает детей. Нежно и непредсказуемо мы загоняем ближнего в тупик. Нежно убиваем то, что могло бы стать смыслом жизни. И так же ласково прощаемся с мечтой, когда она уже развевается на горизонте. Но есть и другие люди. Каждый выбирает для себя: стоять на месте — идти; думать, как все, — или сделать собственный выбор; служить высокой цели — или угаснуть в небытии, так ничего и не сделав.

58 Дочь классика советской литературы Надежда Кожевникова пишет с юности, пишет по зову сердца и регулярно публикует свои книги (в издательстве «Аграф» вышли уже три сборника ее новелл). В 90-е годы она с семьей уехала в США и живет теперь в Колорадо. Герои новой книги Надежды Кожевниковой и известные личности советского истеблишмента, и обычные, но не менее интересные люди, встречавшиеся ей на жизненном пути, и персонажи из ее нового, американского, окружения. На страницах книги мы встречаемся также с любопытными зарисовками быта и пейзажа разных стран, где довелось побывать автору. У Надежды Кожевниковой острый взгляд и острое перо, и читать ее новеллы — увлекательное занятие.

В книгу включены два романа классика литературы русского зарубежья Владимира Набокова, в которых получили оригинальное преломление важнейшие для автора темы потусторонности, бессмертия, природы творческого дара. В «Защите Лужина» (1929–1930) за перипетиями жизненной истории гениального и безумного шахматиста-эмигранта постепенно открываются тайные узоры судьбы, с которой ему предстоит сыграть свою главную, роковую, безнадежную игру. Герой «Приглашения на казнь» (1934, опубл. 1935–1936), житель неназванной страны Цинциннат Ц., устремлен в истинную, высшую реальность, в чарующее царство снов, воображения и безграничной творческой свободы.

Михаил Гончарок – израильский прозаик, пишущий по-русски. Герои его новелл, иногда печальных, но чаще искрящихся юмором, — люди, что называется, «с изюминкой», которых можно встретить далеко не на каждом шагу. Первая его книга, «Записки маргинала», вышедшая в 2007 году в США, сразу же вывела М. Гончарка в число самых ярких писателей русскоязычного Израиля. Новая его книга, изданная в России, многократно расширит аудиторию читателей и, надеемся, почитателей автора.

Кто они, жертвы культа личности? Несчастные подавленные страдальцы или редкие счастливцы, посвятившие жизнь Кумиру и осененные его благодатью? Героиня романа Владимира Войновича Аглая Ревкина никому не позволит издеваться над Сталиным! Она даже его памятник, свергнутый с пьедестала, забрала к себе домой, чтобы постоянно быть рядом с Вождем. Но Вождь никогда не превратится в живого мужчину, а «монументальная пропаганда» не станет правдой.

В новом сборнике гариков и прозы Игорь Губерман пишет «о трех феноменах, сопровождающих нашу жизнь» — «О выпивке, о Боге, о любви». «Ну, разумеется, в устах такого циника, скептика и охальника, каким я, кажется, являюсь, три этих дивных феномена обрастают всякими деталями» (Игорь Губерман).

Юрий Георгиевич Милославский – прозаик, поэт, историк литературы, религиевед. Уроженец Харькова – там и начинал как литератор. С 1973 года в эмиграции. В восьмидесятые в США изданы роман «Укрепленные города», сборник «От шума всадников и стрелков»; в России в 1993 году «Скажите, девушки, подружке вашей», в 2011-м – первая после почти двадцатилетнего перерыва книга избранной прозы «Возлюбленная тень». «Приглашённая» – это роман о природе любви, о самом ее веществе, о смерти и возрождении. Читателю предлагается вслед за рассказчиком – Николаем Усовым – погрузиться в историю юношеской несчастной любви: продолжая воздействовать на него всю жизнь и телесно, и душевно, она по сути подменила его биографию, его личность. Окраинный южный город России (место юности), потом Нью-Йорк, другая жизнь… Герой не может смириться с «невстречей» и начинает искать пути преодоления субстанции времени, чтобы она – «встреча-любовь» – все-таки состоялась…

«Дар» (1937–1938) — последний русский роман Владимира Набокова, который может быть по праву назван вершиной русскоязычного периода его творчества и одним из шедевров русской литературы XX века. Повествующая о творческом становлении молодого писателя-эмигранта Федора Годунова-Чердынцева, эта глубоко автобиографичная книга касается важнейших набоковских тем: судеб русской словесности, загадки истинного дара, идеи личного бессмертия, достижимого посредством воспоминаний, любви и искусства.