Новое литературное обозрение (НЛО)

Самый знаменитый тайный агент. Самая прибыльная серия шпионских романов. Самый известный киногерой XX века. Самый успешный коммерческий проект в истории кино. У вас в руках первое русскоязычное и одно из самых полных в мире исследований литературного и кинематографического образов Джеймса Бонда, британского секретного агента 007. Авторы книги — известные журналисты, сотрудники русской службы радио «Свобода» Наталья Голицина (Лондон) и Андрей Шарый (Прага).

Магдалена Тулли — известный польский прозаик и переводчик. «Сны и камни» — один из блестящих дебютов 1990-х. История некоего города (в котором легко узнать черты Варшавы) — антиутопия, рассказ о безуспешной попытке строительства совершенного мира. По словам самой писательницы, «эта книга — не о городе, она — о жизни и смерти». Гротескное переосмысление фактов XX века дало синтез притчи и эпопеи, анекдота и поэмы. В книге нет героев. Зато есть камни, в которых люди тщатся воплотить свой идеал гармонии, и сны, в которых пытаются спрятаться от окружающего хаоса.

Новая книга Михаила Ямпольского посвящена истории репрезентации, которая, по мысли автора, возникает в эпоху Ренессанса в результате смещения акцента с мастерства художника на его полумистическую способность «видеть» образы, предстающие перед внутренним взором воображения. Этот перенос акцента приводит к ослаблению материального и усилению идеального компонента в культуре. Автор считает, что своеобразие культур в значительной мере определяется их отношением к репрезентации. Важное место в книге занимает анализ этого отношения внутри русской классической культуры, в частности в творчестве Гоголя и Лескова. В книге ставится вопрос о специфически российской критике визионерства с позиций православного богословия и поэтике иконы как об одном из существенных механизмов эволюции русской культуры XIX века. В исследовании рассматривается материал живописи, литературы, философии, урбанизма. Среди прочего предлагается новый подход к так называемому «петербургскому тексту» русской культуры.

Монография профессора Университета Уэлсли (США) Присциллы Мейер посвящена одному из лучших романов американского периода творчества Владимира Набокова «Бледный огонь» (1962). Автор исследует литературные, фольклорные, мифологические, исторические и научно-философские истоки романа, выявляя разнородные интертекстуальные пласты и описывая механизмы межкультурного обмена и перевода, функционирующие в набоковском тексте. К рассмотрению литературной генеалогии «Бледного огня» привлекается обширнейший художественный материал — исландские саги, эддическая поэзия, поэзия скальдов, древнеанглийская словесность, произведения Шекспира, Макферсона, Бюргера, Гете и др. При этом в поле зрения автора неизменно присутствуют и другие сочинения писателя, образующие значимый контекст анализируемого романа. Впервые опубликованная в 1988 году, монография входит в число наиболее ярких, эвристически увлекательных и авторитетных работ о прозе Набокова; многочисленные находки и открытия автора были учтены в комментарии к «Бледному огню» в пятитомном собрании англоязычных произведений писателя (1997). Для публикации на русском языке в текст исследования был внесен ряд изменений и уточнений.

Что такое театр в советском государстве? Это театр, вынужденный жить по общим для этого государства правилам. Театр, зажатый в тиски цензурной машины, все болты и рычаги которой устроены так, чтобы как можно больше мешать его работе. Почему запрещали спектакли? Не потому, что находили в них что-то крамольное... просто боялись. Боялись искусства — оригинального, неожиданного, выходящего за рамки, такого, как в Театре на Таганке. Читая цензурные документы, диву даешься, как театр умудрялся жить и выпускать новые спектакли. Помогала только одна вещь. Но именно она стоила очень многого. Это была поддержка зрителей. О яркой судьбе Таганки рассказывают протоколы обсуждений спектаклей чиновниками и уникальным Художественным советом театра (одно только перечисление фамилий его членов поражает), письма «наверх», статьи театроведов, записки зрителей и другие документы, значительная часть которых публикуется впервые. К книге приложен диск с фрагментами спектаклей и репетиций.

Длительная и безоблачная дружба связывала Белого с его университетским товарищем А.С. Петровским (1881-1958). Она возникла в самом конце XIX века и оборвалась только с кончиной Белого в 1934 г. И после этого Петровский остался верным памяти друга до конца своих дней, продолжал общаться с его вдовой и всячески помогал в сбережении наследия, как литературного, так и духовного, ее мужа. Очень многие письма Петровского к Белому не дошли до нас. Однако и те, что сохранились, представляют собой важное свидетельство времени, проливают свет на многолетние отношения двух ярких неординарных личностей.

Вашему вниманию предлагается сборник стихов Игоря Померанцева.

Ценное свидетельство очевидца событий, эта книга проливает свет на неизвестные доселе подробности публикации романа «Доктор Живаго» и перипетии судеб связанных с ним людей. Ее автор, итальянский журналист Серджо Д'Анджело, прожил в Советском Союзе около двух лет. Именно ему Борис Пастернак передал рукопись романа, чтобы тот вывез ее на Запад и передал издателю Фельтринелли. Документальные свидетельства дополняются живыми зарисовками людей и ситуаций, воссоздающими атмосферу ушедшей эпохи.

Сборник статей Владимира Малахова посвящен теме, при разговоре о которой трудно разделить теоретическую актуальность от политической злободневности. Речь идет о таких проблемах, как расизм и миграция, национальная политика и этническая идентичность, мультикультурализм и нациостроительство. Сквозным сюжетом, объединяющим входящие в сборник тексты, является полемика с таким подходом к этничности, который игнорирует ее историческую, культурную и политическую опосредованность.

Андрей Родионов — поэт, стремительно набравший популярность в середине 2000-х. Его стихотворения, проникнутые желчной иронией, с брутальными подробностями описывают жизнь окраин и предместий современного мегаполиса, населенных полууголовной молодежью, алкоголиками и проститутками. Однако «лирический герой» Родионова — не романтический бунтарь, а социальный аналитик. Для автора важнее всего объяснение абсурдного поведения героев и полемика с традицией литературного урбанизма. Стихотворения Родионова, «выламывающиеся» из всех эстетических норм, словно бы непрерывно оспаривают собственное право принадлежать к литературе и границы литературы в привычном ее понимании. В 2005 году книга Родионова «Пельмени устрицы» вошла в шорт-лист Премии Андрея Белого. Лауреат молодежной премии «Триумф».

Самая громкая серия бульварных детективных романов в истории французской литературы. Самый популярный западный фильм, выходивший в советский кинопрокат. Их главный герой — неуловимый преступник, столетие назад сковавший страхом Париж. Между двумя мировыми войнами вместе с сюрреалистами он сделал неразличимой грань между вымыслом и реальностью. В шестидесятые годы цикл блестящих кинокомедий превратил его в икону массовой культуры. У вас в руках первое русскоязычное и одно из самых полных в мире исследований литературного и кинематографического образа Фантомаса. Эта работа продолжает проект издательства «НЛО» и журналиста Андрея Шарого «Кумиры нашего детства», начатый книгой о Джеймсе Бонде «Знак 007: На секретной службе Ее Величества».

Книга петербургского историка и литератора Игоря Богданова посвящена истории мороженого. Историю этого, возможно, самого популярного лакомства автор прослеживает с III тысячелетия до нашей эры, когда в Древнем Китае начали готовить замороженные десерты. Хотя автор сообщает много фактов из «мировой истории мороженого» (например, рассказывая какое мороженое ел император Нерон, какие десерты подавали на свадьбе Екатерины Медичи и как эскимо завоевало Америку), главный сюжет книги — «приключения» мороженого в России. Читатель узнает о том, как совершенствовались технологии производства сладкого продукта, полюбившегося еще Екатерине I и почему потребовался разгром армии Наполеона, чтобы пленить и французские способы приготовления этого продукта, как мороженое изготавливали кустари-одиночки и как в 1930-х годах в СССР появились первые фабрики по изготовлению мороженого; о том, как осваивались новые рецепты и как относились к мороженому российские писатели и политики...

»Точка возврата» в авиации — тот предел, когда самолет еще можно развернуть назад. Для Игоря Кваши «точка возврата» — это не прерванный полет, а возвращение к тем родникам и истокам, без которых он не состоялся бы как личность. Известнейший актер театра и кино, один из ближайших друзей и соратников Олега Ефремова, телеведущий пронзительной передачи «Жди меня», главным делом своей жизни считает создание театра «Современник». Автор подробно вспоминает о детстве и юности, о спектаклях и репетициях, о колоритном театральном быте, насыщая повествование яркими и точными деталями, в том числе и подлинными документами. Проникнуты сердечным теплом и увлекательны его рассказы о коллегах и друзьях — Андрее Миронове, Евгении Евстигнееве, Григории Горине, Борисе Биргере, Галине Волчек, Марине Нееловой, Валентине Гафте и многих других, чьи имена стали достоянием отечественной культуры.

Предлагаемая книга известного журналиста Анатолия Рубинова написана на основе многолетних разысканий в архивах, наполнена неожиданными сведениями и неизвестными фактами о самых знаменитых магазинах Москвы — «Елисеевском», ГУМе и «Кремлевке». В книге, в чем-то сближающейся c журналистским расследованием, рассказывается о быте купцов ХIX века и о нравах советской номенклатуры; публикуются секретные документы и результаты дерзких журналистских экспериментов; объясняется, зачем братья Елисеевы торговали апельсинами, где можно было в советские времена приобрести черную икру и как директор магазина мог остаться без головы; приводятся описания громких скандалов и аккуратно воссоздаются мельчайшие подробности истории легендарных магазинов столицы.

Книга петербургского историка искусства и художественного критика Андрея Фоменко посвящена исследованию феномена «локального» в современной культуре. В первой ее части рассматривается материал петербургских художественных движений последних десяти-пятнадцати лет, во второй — отдельные фигуры и «случаи» западной арт-сцены. Из чего складывается «большая история искусства», какое место занимают в ее составе провинциальные и «боковые» элементы, так ли они противоположны актуальному мейнстриму, как принято полагать, — таков круг вопросов, о которых автор рассуждает столь же убедительно, сколь и увлекательно.

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

В 1930-е гг. над миром дули ледяные ветры кризиса и войны. Но анархо-синдикалистский Интернационал — мировое объединение рабочих союзов, выступавших за свободное общество всеобщего самоуправления — еще с оптимизмом смотрел в будущее. «...Международная ассоциация трудящихся 10 лет следует своим путем, независимо от социал-демократов и коммунистов... — гордо заявляли его представители. Международная ассоциация трудящихся — единственный Интернационал, не вступивший ни в какие компромиссы с господствующими силами: ни в экономической, ни в политической области, ни с государством, ни с эксплуататором-капитализмом». Анархо-синдикалисты готовились дать последний бой поднимавшемуся фашизму и назревавшей мировой войне, остановив их с помощью социальной революции. Этот бой разгорелся в 1930-х гг., в его эпицентре оказалась Испания. Истории этой героической и неравной борьбы посвящен второй том книги о забытом Интернационале.

Героиня книги «Цаца заморская» — неуклюжая мечтательная девочка, любительница полепить из пластилина. Находясь в недобром мире взрослых, да и детей, она не утрачивает чувства юмора и любви к жизни и, как может, помогает окружающим. Стремление понять и помочь и сделало автора книги педагогом.

Профессор австралийского университета пытается объять необъятное — рассказать о том, что такое униформа. Мы привыкли воспринимать форму одежды как нечто само собой разумеющееся, между тем она обладает своей неповторимой историей, постоянно меняется и влияет на нашу жизнь. Не претендуя на роль фундаментального академического исследования, эта книга дает представление о той роли, которую играет форма одежды в мировой культуре — в спорте и на войне, в жизни чиновников и в жизни проституток. Рассказывая о том, как одевались игроки в крикет в XIX веке и рок-музыканты в XX, исследуя эволюцию костюма стюардесс и поваров, анализируя символику платья священнослужителей и нарядов североамериканских индейцев, автор воспринимает форму как ключевой код, определяющий формирование личности. Достижения профессиональных спортсменов и ожесточенные дискуссии о школьной форме, история освободительной войны в Индии и движения скаутов, гусарские полки и общество «Синие чулки» в этой книге рассматриваются как события в истории Моды, власть которой распространяется на самые разные слои общества. Особую ценность книге придает подробная библиография — культурному феномену униформы посвящены сотни и тысячи исследований: книга Дженнифер Крейк — попытка заглянуть в историю этого феномена.

Очерк творческой биографии Федора Сологуба — одного из крупнейших русских символистов, декадента — ортодокса, «русского маркиза де Сада» и создателя одного из лучших сатирических романов XX века — охватывает первое двадцатилетие его писательской деятельности, от момента вхождения в литературу до завершения работы над романом «Мелкий бес». На обширном архивном материале в книге воссоздаются особенности психологического облика Ф. Сологуба и его alter ego — учителя — инспектора Ф.К. Тетерникова. В приложении публикуются материалы, подсвечивающие автобиографический подтекст творчества писателя 1880-х — начала. 1900-х годов: набросок незавершенного романа «Ночные росы», поэма «Одиночество», цикл стихотворений «Из дневника», статья «О телесных наказаниях», а также эстетический манифест «Не постыдно ли быть декадентом».

Круг научных и практических интересов Даниэля Бирнбаума — современное искусство, которое уже давно перестало быть только искусством, сделавшись одновременно философией, антропологией, социологией и собственно жизнью. «Хронология» Бирнбаума написана как бы на границе этих значений. Формально текст посвящен проблематике видеоарта, но в действительности автор занимается исследованием различных аспектов существования и восприятия времени в сегодняшнем мире.

Исследование финского литературоведа посвящено творчеству Анатолия Борисовича Мариенгофа и принципам имажинистского текста. Автор рассматривает не только имажинизм как историко-культурное явление в целом, но и имажинизм именно Мариенгофа, основываясь, прежде всего на анализе его романа «Циники» (1928), насыщенного автобиографическими подтекстами и являющегося своеобразной летописью эпохи.

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок... Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Путеводители и справочники редко бывают еще и литературой. Еще реже, когда художественный текст может поработать справочником или путеводителем по реальной жизни. В «Счастьеловке» Андрея Левкина, писателя, хорошо известного своими многочисленными публикациями в прессе, автора нескольких книг прозы, эти два взаимоисключающих варианта гармонично соединились: художественный путеводитель плюс еще и справочник — по России 2000-х. Здесь же, разумеется, и руководство на тему, как со всеми этими делами разбираться. В общем, перед читателем увлекательное интеллектуальное путешествие по России в ее нынешнем состоянии.